Шрифт:
— После вашего ухода.
Аделина подняла взгляд.
— Я вчера была здесь до восьми.
— Она пришла около половины девятого.
— Одна?
Марина замялась.
— Сначала одна. Потом к ней присоединился Артём.
В комнате стало тихо.
— Сколько они были здесь?
— Не знаю. Когда я уходила, они ещё разговаривали.
— О чём?
— Я не слышала.
Аделина кивнула.
— Хорошо. Спасибо.
Марина уже собиралась уйти, но остановилась.
— Аделина Сергеевна…
— Да?
— Я не хочу вмешиваться.
— Но?
— Вивьен ведёт себя так, словно давно здесь работает. Она распоряжается материалами, даёт указания сотрудникам и постоянно находится рядом с Артёмом.
— Я заметила.
— И ещё… вчера я видела, как она выходила из его кабинета.
— В котором часу?
— Почти в одиннадцать.
Аделина сжала край папки.
— Спасибо, Марина.
Когда дверь закрылась, она снова посмотрела на эскизы.
Вивьен не просто пыталась произвести впечатление.
Она изучала её работу.
Копировала её идеи.
Занимала её пространство.
И Артём позволял ей это делать.
В тот же день Аделина решила поговорить с мужем.
Она дождалась окончания совещания и вошла в его кабинет без стука.
Артём стоял у окна, а Вивьен сидела за его столом. Перед ней лежали документы из внутреннего архива.
— Что вы здесь делаете? — спросила Аделина.
Вивьен подняла голову.
— Мы обсуждаем новую линию.
— В моём кабинете?
— Это кабинет Артёма.
— А документы на столе?
— Артём разрешил мне с ними работать.
Аделина посмотрела на мужа.
— Ты разрешил?
— Да.
— Почему?
— Потому что Вивьен готовит предложение по новой коллекции.
— На основе моих эскизов.
— На основе материалов компании.
— Это мои личные разработки.
— Они созданы для «Velluto».
— Они были созданы до того, как ты решил нанять человека, способного присваивать чужие идеи.
Вивьен резко поднялась.
— Я ничего не присваивала.
— Тогда почему твой проект повторяет мои работы?
— Я использовала общую стилистику бренда.
— Нет. Ты использовала мои эскизы.
— Достаточно, — сказал Артём.
— Нет, недостаточно.
Аделина впервые повысила голос.
— Ты взял мои разработки и передал их ей, даже не предупредив меня. А теперь позволяешь ей сидеть в твоём кабинете и распоряжаться моей работой.
— Не называй это своей работой. Ты работаешь на компанию.
— Я создала эту стилистику.
— В одиночку?
Слова повисли между ними.
Вивьен молчала, но в её глазах мелькнуло удовлетворение.
Аделина это заметила.
— Значит, вот что происходит, — сказала она. — Ты постепенно отодвигаешь меня в сторону.
— Ты всё драматизируешь.
— А она постепенно занимает моё место.
— Никто не занимает твоё место.
— Тогда почему ты защищаешь её?
Артём не ответил.
Аделина посмотрела на Вивьен.
Та стояла рядом с ним — слишком близко. Их плечи почти соприкасались.
На столе между ними лежали документы, но всё происходящее давно уже не имело отношения к работе.
— Я требую закрыть доступ к моему архиву, — сказала Аделина.
— Я подумаю.
— Нет. Ты сделаешь это сегодня.
— Не разговаривай со мной приказным тоном.
— Тогда начни относиться ко мне как к партнёру, а не как к помехе.
На лице Артёма промелькнуло раздражение.
— Ты ведёшь себя нелепо.
Аделина почувствовала, как последние сомнения растворяются.
Возможно, она ещё не знала всей правды.
Возможно, между Артёмом и Вивьен пока не было того, о чём она боялась думать.
Но одно было очевидно: муж больше не видел в ней равную.
И Вивьен прекрасно это понимала.
Аделина развернулась и вышла из кабинета.
В коридоре она остановилась у окна. Внизу, за стеклянным фасадом, блестела вывеска «Velluto», созданная когда-то по её рисунку.
Она положила ладонь на холодное стекло.
Что-то в её жизни уже разрушалось.