Чейз Джеймс Хедли
Шрифт:
– Там есть длинная галерея, потом грот, – пояснил ему сержант. От грота отходят две другие галереи. Я не знаю, в каком месте они заканчиваются.
– А есть другие выходы? – спросил Малих, голос которого ясно доносился до Гирланда, съежившегося в тоннеле. Малих говорил понемецки.
– Я не знаю. Когда я был маленьким…
– Нам наплевать на твое детство, – пробурчал Шурца. – Я хочу спуститься и все проверить.
– Подождите! – сказал Малих. – Они находятся там, в глубине шахты, и вы не должны спускаться. Один из них очень опасен. Нет… мы не будем спускаться. Мы просто бросим туда слезоточивую бомбу, и затем ваши люди смогут спуститься туда в масках и посмотреть, что там произошло.
– У нас нет слезоточивых бомб, – возразил расстроенный Шурца. – Я спущусь. – У него было три гранаты, висевшие на поясе. Он снял одну. – Это я руковожу операцией, и это я отдаю здесь распоряжения.
Гирланд не стал больше ждать. Он поспешно вернулся в грот.
– Они спускаются! Быстро! – сказал он. Обе женщины уже проснулись и встали. – Идите по галерее, которая ведет к границе.
Он быстро повернулся и побежал обратно по галерее к вентиляционному колодцу, в то время, как Жан, схватив оба мешка, толкал обеих женщин в галерею налево.
Предоставленный самому себе, Бордингтон колебался. С того момента, как он вышел из своего дома, его не покидала мысль, что ему не избежать смерти. И внезапно он почувствовал непреодолимое желание доказать самому себе, что он уж не такой трус, каким его считали компаньоны. Он последовал за Гирландом. Услышав его приближение, Гирланд остановился и жестом показал ему, чтобы он возвращался назад.
– Вы мне не нужны. Следуйте за остальными!
– Нет! Я могу вам помочь! – с отчаянием закричал Бордингтон. Он смутно различал фигуру Гирланда при свете, который исходил из вентиляционного колодца.
– Убирайтесь отсюда! – воскликнул Гирланд, продолжая, идти по направлению к колодцу.
Бордингтон колебался. Потом медленно двинулся по галерее, с лицом, мокрым от пота и с такой силой сжимая рукоятку пистолета, что у него болели мускулы.
Шурца достиг дна колодца, отпустил руки, упал на спину и с трудом поднялся на ноги.
Гирланд, прижавшийся к стенке галереи, был спрятан в тени. Шурца его не видел, но он заметил согнувшуюся фигуру Бордингтона, который осторожно приближался в его направлении. Бордингтон тоже увидел его, и, подняв оружие, выстрелил. Шум от детонации в таком узком пространстве прозвучал как страшный удар грома. Падая, Шурцу удалось бросить гранату. Она попала Бордингтону прямо в грудь, потом упала на землю. Бордингтон повалился плашмя на землю, не понимая, что же происходит, с единственным желанием спрятаться. Граната взорвалась. Гирланд почувствовал, как жидкая грязь испачкала ему лицо. Потолок галереи частично обвалился в виде дождя из песка и камней. Оглушенный взрывом гранаты, он некоторое время простоял, прижимаясь к стенке галереи. Потом он пришел в себя, и подошел к Шурца, окровавленному и лежащему без сознания. Он ощупью нашел две другие гранаты и быстро отцепил их от пояса Шурца. Затем он побежал в том направлении, где лежал Бордингтон. Он зажег зажигалку, скорчил гримасу, и бегом направился обратно в грот. Бордингтон был лишь бесформенной массой из крови, и поломанных костей, которую удерживала лишь одежда.
В то время, когда Гирланд входил в грот, Жан вышел из другой галереи с пистолетом в руке.
– Бордингтон мертв, – сказал Гирланд. – Возвращайтесь в галерею.
– А как вы, все в порядке?
– Да. Пошли!
Жан послушался. Гирланд услышал, как другие камни падали в галерее, ведущей к вентиляционному колодцу. Он снял кольцо с одной из гранат и резким взмахом кисти швырнул ее в галерею.
Взрыв вызвал обвал камней. Он снял чеку с другой гранаты и тоже швырнул ее в галерею. Взрыв и шум от падающих камней дали ему основание считать, что галерея теперь завалена, но для того, чтобы убедиться в этом, он зажег свечу и пошел к месту взрыва. Дым, пыль, обвал из песка и камней создали непроходимую преграду. Полузадохнувшийся, он повернулся, прошел через грот и побежал по галерее, в которой его ждал Жан.
– Что происходит? – спросил Жан, поднимая зажженную свечу, чтобы посмотреть на Гирланда, покрытого пылью и забрызганного кровью Бордингтона. – Я блокировал проход. Им понадобится порядочно времени, чтобы освободить его. – Он внезапно замер. Страшный треск и шум от обрушившейся скалы оглушил их, и вихрь пыли ворвался в галерею, заставив всех закашляться. Гирланд услышал, как закричала Мала, когда огромное облако пыли обволокло ее.
– Мне кажется, что это обвалился грот, – сказал он. – Может быть, они решат, что мы здесь похоронены.
Обойдя Жана, он подошел к двум женщинам, съежившимся в темноте.
Малих, стоявший у края колодца, невольно отшатнулся, услышав взрыв первой гранаты. Он увидел дым и пыль, появившиеся в вентиляционном колодце, и сжал зубы.
– Дурак! – гневно воскликнул он. – Что он собирается там делать?
Сержант испуганно стоял молча. Малих, прислушиваясь, ждал.
Через некоторое время он услышал, как взорвались две другие гранаты и последовавший за этим шум падающих камней.
Он повернулся к сержанту.
– Пойдите и приведите людей! Живо!
Сержант помчался, как стрела, а Малих снова стал смотреть на облака пыли, поднимавшиеся из колодца. Он слушал глухой Шум от падения камней, который продолжался все это время и скривился.
«Пользуясь гранатами, – подумал он, – этот идиот вызвал обвал галереи». Он понял, что теряет время, оставаясь здесь. Ему следовало предупредить Смерна.
Он отправился вслед сержанту большими шагами, несмотря на кустарник. На полдороги к радиофургону он встретил сержанта, который возвращался с пятью солдатами.