А еще — мы до сих пор не знали, будет ли работать в этом мире сама реинкарнация. В прошлых мирах, при соблюдении определенных условий — насчет них Старик коварно молчал — реинкарнатор мог родиться заново в том же мире.

Ну, если у него еще были жизни в запасе.

Делали так не все. Зачастую братья и сестры предпочитали переместиться в новый мир. Как говорил Старик — новый мир это всегда освобождение. Перерождение снимает часть груза прожитых лет. Работает это не сильно долго, но реинкаранаторы ценили подобные передышки.

Но, безусловно, иногда они выбирали переродиться в том же мире.

И вот пока что было непонятно. Возможно ли сделать также в текущем мире или нет. Старик говорил, что не может ощутить, сколько у него запасных жизней в наличии. Перед смертью в прошлом мире было более десяти. То есть, в теории запас еще был большой… Но именно что в теории.

Этот мир слишком сильно отличался от предыдущих. Так что вполне возможно, что в нем даже у реинкарнаторов имелась всего одна жизнь.

И это важно было учитывать.

Я отошел от сверкающего портала чуть в сторону и, сделав несколько вдохов, вошел в состояние Равновесия.

Брошку Спарка активировать не стал.

И внутренне ощутил одобрение Старика. Абсолютного скрытия брошка не давала, но при этом работала она все равно на Краске.

А значит люди со сверхчувствительностью могли ее засечь.

Против же правильно примененного Равновесия приема не было. Разве что другой адепт Пути Меча…

Кстати, я никогда не спрашивал.

А среди реинкаранаторов были такие?

Почти все в той или иной степени.

Хм.

Н-да.

Наверное, стоило бы догадаться.

Сильнейшим при этом был…

Я.

Ага, так я думал. Ну а мне до тебя пока что, как до Тенебриса ползком?

Дальше.

Спасибо за поддержку.

На это Старик не ответил, я же сосредоточился на Равновесии, пытаясь достичь максимальной гармонии с пространством.

Плохо, конечно, что счет сейчас шел на минуты. Прямо в этот момент мои люди вместе с наемниками Холодова (3) атаковали Тренировочный центр ИС.

Но даже эта мысль могла меня выдать.

Так что в итоге я откинул и ее.

Стал просто ждать.

И в конце концов расслышал шаги.

— Ты здесь? — голос отразился эхом от покатого потолка. — В прятки играешь?

Я не ответил, продолжая наблюдать.

И спустя несколько мгновений увидел его.

Никиту Звездного.

Лицо было именно то, что я до этого видел на экране.

На пальце горел зеленым дворянский перстень. Даже без прощупывания Ясновиденьем я ощутил его силу. Он ее, кстати, не скрывал.

Стихийник. Четвертый ранг.

Нет, скорее даже пик четвертого ранга.

Сильнее и Бекелева (2), и Кюйта.

Если не брать преподавателей Аркума, то это, пожалуй, был наиболее сильный одаренный из тех, кого я видел.

По крайней мере, про кого я мог сказать с уверенностью. Тот же Раум (6) свою силу скрывал…

— Михаил, давай не будем играть в эти игры, — продолжил Никита. — Я понимаю твои амбиции, но и ты пойми… нашу ситуацию. По одиночке мы не сможем справиться со всеми нашими врагами. Император, Красочные… И это, если что, далеко не все. У того же Наместника намного больше козырей в рукаве, чем ты думаешь. Мы нужны друг другу.

И снова красиво стелет!

При этом даже не думает о том, чтобы сказать правду. Пусть не про реинкарнаторов. Если он не знает, что я Девятый, то логично, что он молчит. Но про остальное-то?

Каждый раз он выдает только тот пласт информации, который ему выгодно выдать. И не словом больше.

Я все лучше понимал то, о чем говорил Старик.

Никита не просто просчитывал ситуацию на несколько шагов вперед. Он просчитывал ее еще и на нескольких уровнях.

За этим умением крылся по-настоящему сильный разум.

— Молчишь?

Я стоял позади и чуть левее платформы, на которой располагался портал. И Никита, заходя в зал, постепенно приближался к этому месту.

Он шел прямо ко мне, но явно что-то ощущал.