Шрифт:
– Не буду, - тихо, но твердо произнес он.
– Почти два года я видел, как он уничтожает ее и себя. Чем мог, я поддерживал ее, мое сердце болело за Эви. Я пытался поговорить с хозяином, сказать, что он не прав, но герцог не слушал меня, продолжал ломать ее, убивать то хрупкое, что иногда появлялось между ними. Даже если сейчас она вернется, он просто закроет ее в самой высокой башне и никуда не выпустит. Он будет любить ее, душить своей любовью, но примет ли она эту запоздалую любовь?
– Нет, не приму, - Эвелин сама ответила на этот вопрос. – Я никогда не прощу его. Поэтому, Себастьян, я буду рада Вашей помощи.
Через шесть дней перед наступлением темноты к дому травницы подъехала неприметная повозка, из которой вышел Себастьян, одетый в дорожную одежду.
– Ты готова? – спросил он у девушки, когда вошел в дом.
– Готова, - ответила Эвелина, одетая в скромное платье горожанки.
– Не передумаешь?
– Никогда. Себастьян, прошу, не сердитесь на меня. Вы всегда были добры ко мне, я очень благодарна Вам за то, что делали для меня. Если бы герцог не выгнал меня, как собаку, а просто вернулся с охоты, выслушал меня и попросил прощения, я простила бы его, вернулась. А сейчас – нет, - она покачала головой.
– Я не хочу больше быть с ним. Пусть мое сердце по-прежнему плачет о нем, но я не хочу возвращаться. Даже если Вы будете умолять меня об этом.
– Хорошо, я понимаю, - кивнул он головой. – Тогда нам пора отправляться.
Арьяна вышла проводить девушку до повозки, долго обнимала ее.
– Девочка моя, я буду ждать тебя. Даже если ничего не получится, все равно возвращайся, я смогу защитить тебя.
– Себастьян, почему Вы решили помочь мне? – спросила Эвелина, когда им удалось покинуть земли герцогства, благополучно минуя все патрули, которые разыскивали жену герцога.
– Эвелина, я чувствую за собой вину и хочу хоть немного исправить то, что позволил совершить Эдвину. Он был для меня, как сын. Когда Эдвин узнал тайну своих родителей, никого к себе не подпускал…
Ничего не скрывая, старый стюард рассказал историю семьи Эдвина. Эвелина сидела, низко опустив голову. Ей было жалко того мальчика, который видел ненависть своей матери, унижение своего отца. Но все равно не могла понять – разве она была похожа на Миранду? Разве она хотя бы раз дала ему повод считать, что не любит его? Ведь сколько раз она говорила ему о своей любви, но он только сильнее ломал ее, отталкивал, унижал, делал больно. Те немногие месяцы, когда она носила их первенца, были самыми счастливыми за всю их совместную жизнь. А потом снова унижение, боль, обиды. Она не могла понять герцога. Почему он не поговорил с ней, не открыл ей свою душу, ведь она так нуждалась в нем, искала его любви, желала быть для него всем и отдавать всю себя? Она могла бы помочь ему залечить душевные раны, но он выбрал душевное насилие и унижение.
Дорога девушке показалась долгой. Никогда она еще не ездила так далеко. Сначала Эвелина жила в доме у дяди, потом в замке мужа, никогда не выезжала из них. Сейчас она смотрела из повозки, пытаясь увидеть новый для нее мир.
Себастьян с грустной улыбкой наблюдал за девушкой и с трудом сдерживал слезы. Он прекрасно понимал, что она никогда не простит Эдвина, не вернется. Он сломал ее и из тех осколков, что остались от прежней Эвелины, появилась новая, которая больше никогда никому не позволит ломать себя. Поэтому, когда Бритта по секрету рассказала ему, что госпоже помогла уйти Арьяна, он знал, где искать ее, но не сообщил об этом герцогу. Он сам предложил Бритте собрать необходимые вещи, взял свои деньги, чтобы передать Эвелине. И когда она сказала, что хочет разорвать этот брак, придумал, как увезти ее из земель герцогства. Подходило время везти в столицу налог, этим он решил воспользоваться. Каждый год он сам лично отвозил деньги и подарки в королевскую казну, поэтому его сборы не вызвали никаких подозрений у Эдвина. В этот раз Себастьян отправился один под видом обычного горожанина, направляющегося в столицу в гости к своим родственникам. Его повозка была неприметной, поэтому не могла привлечь внимание лихих людей, которые иногда нападали на богатые кареты.
По прибытии в Оманд, Себастьян снял для девушки небольшой домик. Привозить Эвелину в дом герцога не стал, слуги могли сообщить Эдвину об этом. Он помог ей добиться аудиенции у короля, помог подобрать платье из тех, что с собой им дала верная Бритта. И сам на наемной карете привез ее ко дворцу.
Эвелина шла по великолепным коридорам дворца и вспоминала почти такие же богато украшенные коридоры в замке Эдвина. Прав был Себастьян – Миранда превратила их замок в подобие королевского дворца. За время проживания в замке мужа она привыкла к изысканной красоте, поэтому шла и просто смотрела перед собой, собираясь с мыслями и думая, что она будет говорить и как просить разорвать ее брак с герцогом Вандерлит.
Ей пришлось долго ждать своей очереди на аудиенцию к королю. Сегодня был день аудиенций, когда король совместно с Его святейшеством Маркусом принимал просителей. Кто-то выходил из кабинета расстроенным, кто-то довольным. Сердце Эвелины сжималось от страха, но она не позволяла себе отступить. Она оказалась последней в этом списке допущенных до аудиенции.
– Девица Эвелина, - объявил слуга ее имя, приглашая пройти в кабинет.
Она не стала называться своим полным именем, чтобы по столице потом не поползли слухи.
В большом кабинете за большим дубовым столом сидел мужчина, который внимательно смотрел на нее. Рядом со столом в удобном кресле у небольшого столика, на котором стоял кофейник и чашки, сидел Его святейшество в своем облачении. Сердце девушки тревожно забилось в груди, но она не позволила себе отступить. Она присела в глубоком реверансе.
– Поднимись и пройди к креслу, - раздался довольно приятный голос короля. – Ты пришла, чтобы просить нас о милости. Рассказывай и мы выслушаем тебя.