Шрифт:
— Пиши второй экземпляр и добавь в обоих внизу две строки. Слово «Свидетель» и место для печати и подписи.
Братец мой Хендрик, не скрывавший своего злорадства при передаче мне письма от Раффина, на роль свидетеля не годится. Родственник. Зато у него куча знакомых. Осталось уговорить. Не проблема: если что — в глаз дам и сам найду.
Сам осознаю некую порочность столь мелочном удовольствий, но не могу отказаться. Слишком ярко впечатаны в память острые моменты детства. Злое наслаждение, прочно угнездившееся на лице Хендрика, когда он сначала ломает мою игрушку, а затем безжалостно и жестоко меня избивает. Синяки от тумаков заживают быстро, а вот издёвки и обиды словно выжжены в голове.
— Варнак, ты не понимаешь одной вещи, — только сейчас сформулировал достойный ответ на его замечания, когда он уже закончил оформлять послание. — Короткий ответ «Пошёл в жопу!» подобен скоротечному половому акту…
Варнак немедленно начинает ухмыляться.
— Величина удовольствия близка к нулю, — продолжаю невозмутимо. — Нет, мы пойдём другим путём. С чувством, с толком, с расстановкой опишем дерзнувшему дорогу в указанное место. Со всеми подробностями обрисуем, как ему там будет тепло, тесно и уютно, какие вонючие запахи будут его пропитывать насквозь. И что ему придётся пропускать через себя время от времени.
Варнак уже открыто смеётся.
— Вот поэтому ты не прав, Бычий Хвост.
Приходится ещё рассказывать ему этот анекдот. Разумеется, я узнал его от предка. Как и многие другие и вообще об этом замечательном жанре.
После обеда и окончания занятий в Академии на пороге особняка Хендрика встречает дворецкий.
— Ваша милость, Его милость Стэнард приказал мне сопроводить вас к нему, — немного помявшись, добавляет: — Немедленно.
Лицо Хендрика медленно наливается кровью.
— Передай Стэну, что если ему надо, пусть сам приходит!
— Прошу простить, Ваша милость, — дворецкий почтительно кланяется, — но на этот случай Его милость предупредил: если ему придётся зайти самому…
— Чего замолчал? — Хендрик злобно сужает глаза.
— Простите, Ваша милость, — дворецкий снова кланяется, — он велел передать, что в таком случае сначала сломает вам руку и только затем поговорит о деле.
— О, добрый день, Хендрик, — доброжелательно встречаю возникшего у входа пышущего бессильной злобой брата. — Заходи, дело есть. Тебе понравится.
Садится на стул, смотрит мрачно.
— Скажи, у тебя ведь есть друзья с правом подписи?
Такое право возникает у любого дворянина с шестнадцати лет. Обычно ограниченное, но мне хватит.
Излагаю суть предложения.
— А мне что за дело? — Хендрик встаёт и собирается уходить. — Тебе надо, ты и находи таких знакомых.
Его моментально останавливает сильный аргумент, брошенный в спину. И это совсем не призыв к семейной солидарности:
— По соверену каждому из вас. Итого три соверена. Всего лишь за полчаса и без всякого напряжения.
Не зря считаю его нищебродом. Соглашается сразу, даже не торгуясь. Только требует, чтобы деньги отдал ему, а уж со своими друзьями он как-нибудь сам. Разумеется, не спорю.
Карета ди Гревисов на одной из улиц столицы.
Всё прошло штатно и спокойно. К воротам особняка маркиза вышел дворецкий. Ему и вручили послание с подписями свидетелей, виконта и баронета. Мой второй экземпляр тоже подписали. Зачем — не пойму, но предок настаивал.
Друзья Хендрика так веселились, так задорно хлопали меня по плечу, что даже брат оттаял. К тому же три соверена грели его мятежную душу. Они прочли текст, сразу поняли, как опростоволосился маркиз, отсюда их повышенное настроение. Ещё больше их порадовала причина конфликта — инцидент в салоне.
— Ты правда спустил их с лестницы?! — поразились молодые люди.
Сразу видно, как «любят» маркиза в обществе. Видать, многим ноги оттоптал. Теперь я полностью уверен, что мой план сработает. Пикантная новость разнесётся по всему столичному обществу.
— Стэн, а ты что, не знаешь, что по правилам это ты выбираешь форму дуэли? Это ведь тебя вызывают, — просвещает меня баронет.
— Не знал. Это ведь моя первая дуэль. Я в этом отношении девственник.
На мой ответ весёлые парни заливаются хохотом.
Карета останавливается у известной ресторации «Фуркет». Вся троица дружно выпрыгивает наружу. Хендрик при деньгах, вся компания гуляет. В принципе, честно. Давать деньги дворянину за работу не комильфо, а вот так вместе прогулять — лучше не придумаешь.
— Стэн, если всё-таки дуэль случится, обязательно нас позови, — дружески хлопает меня по плечу виконт.
— Будем делать ставки! — подмигивает баронет.
— Советую ставить на меня, — на мои слова Хендрик морщится, но не спорит.