Шрифт:
Его взгляд остановился на моих разомкнутых губах, которые я подставила для поцелуя, и, выждав мгновение, он набросился на меня. Одно движение — и он атаковал, его язык проник мне в рот, руки очутились везде и сразу, и я запылала. Горячо ответила на поцелуй. Вот, что мне было нужно. Вот, кто был мне нужен. Джош.
К чертям мой план.
Встала на цыпочки — даже на каблуках я была намного ниже Джоша. Его руки переместились с моих бедер на ягодицы, и он без всяких усилий приподнял меня. Я очутилась там, где и должна была быть. Да. Все было именно так, как я хотела.
— Джош… — простонала я, уже не пытаясь притворяться, что мы танцуем.
Он орудовал языком у меня во рту, разжигая пламя, грозившее спалить меня заживо. Я уже и забыла, что мы на танцполе. Когда я целовала Джоша, все рациональные мысли улетучивались, и оставалась лишь основная потребность — чувствовать его тело. С каждым поцелуем пульсация между ног усиливалась: он будто умел проникнуть в самый центр моего существа.
Он прервал поцелуй. Дыхание Джоша было прерывистым, и мне захотелось довести его до исступления.
— Боже… Десембер…
Новый план нравился мне гораздо больше.
— Поднимемся наверх? — пролепетала я, от возбуждения даже не стыдясь своего непристойного предложения.
Он отклонился назад и заглянул мне в глаза.
— Прямо здесь?
Я приблизила губы к его губам и зашептала, почти касаясь их:
— Ты же сказал, что исполнишь любой мой каприз, верно?
Он кивнул.
— Я не могу больше терпеть, Джош. И только ты сможешь мне помочь.
Он молча повел меня сквозь толпу. К нему подходили знакомые, окликали его по имени, но он лишь коротко всем кивал. Я улыбнулась, упиваясь своей женской властью. Он думал только обо мне.
Мы чуть ли не бегом поднялись по устланной ковролином лестнице. Он придерживал меня за поясницу. В коридоре мы свернули налево и вошли в первую дверь справа. Джош закрыл дверь, и шум вечеринки стих. Единственным источником света была лаволампа в углу. Больше я ничего разглядеть не успела: он развернул меня к себе лицом и прижал спиной к двери.
— Чья это комната? — выпалила я, хотя мне было все равно.
— Марка. Он будет не против.
Его глаза полыхали темным огнем. Джош распалился не меньше моего, и мне это нравилось. Я набросилась на него, впилась в его губы, проникла языком в рот и ощутила его завораживающий вкус. Он подхватил меня под колено и приподнял мою ногу, провел ладонью по задней поверхности бедра, проскользнул под платье и схватил меня за ягодицу. Платье задралось до самой талии. Вот и прекрасно. Легче доступ.
Я раскачивала бедрами, а он терся об меня. Еще несколько таких поступательных движений, и я бы кончила прямо здесь, возле этой стены. Пусть будет так. Он оторвался от моих губ, провел языком по шее, покусывая, покрывая поцелуями и опускаясь ниже.
Когда он скользнул губами по моей ключице и зарылся носом в ложбинку между грудей, я даже не застонала, а заскулила от удовольствия.
— Боже, как хорошо, — пробормотал Джош.
Он потянул платье вниз и освободил мою грудь. Опустил бюстгальтер без бретелек и провел языком по соску.
Кто-то из нас застонал, но я уже не понимала, кто именно.
Я схватила его за затылок и прижала к себе. Я жаждала большего. Будто прочитав мои мысли, он повиновался, захватил мой сосок губами и стал его посасывать.
— Джош… — трепещущим голосом простонала я.
Не выпуская сосок, он подхватил меня на руки и повернулся к кровати. Мы рухнули на постель. Его тяжесть была такой приятной: Джош заземлял меня и не давал улететь. Я обхватила его ногами, и он расположился именно так, как я хотела, — прижавшись к месту, где ноющая пульсация с каждой секундой усиливалась. Хотела ощутить его полностью. Хотела почувствовать прикосновение его кожи.
— Сними ее, — пробормотала я и дернула за полы его рубашки на пуговицах. Он отстранился, стащил через голову рубашку с футболкой и остался голым по пояс. — Ты невероятный. — Я провела руками по выпуклостям и впадинам его груди, татуированным узорам, погладила его рельефный сексуальный живот. Неудивительно, что половина студенток нашего университета сохла по Джошу Уокеру.
Включая меня.
— Десембер. — В его глазах полыхала страсть и еще что-то, чему я боялась подобрать название. Нежность? Забота? Он погладил меня по щеке, опустился и ласково поцеловал. — Ты даже не представляешь, насколько ты идеальна.
Я провела ногтями по его спине, а он прижался ко мне своей твердостью. Схватилась за его восхитительный зад, и он снова впился в меня губами. Я вознеслась на вершины блаженства. Мне никогда не насытиться этой страстью. Никогда не насытиться им.
Я двигала бедрами, терлась об него, желая избавиться от напряжения.
— Я вся горю, — призналась я. Жгучее желание заставило забыть о стыде.
Его взгляд прожигал меня насквозь, и я боялась загореться.
— Я тоже, — выпалил он и стал покрывать меня поцелуями. Опустился от шеи к груди и задержался возле сосков. Его руки тем временем скользили от коленей к бедрам и выше. «Да, да, да», — повторяла я про себя. Он торжествующе улыбнулся, и я поняла, что произнесла это вслух. Джош опустился к верху моего платья, находившемуся где-то на талии, и поцеловал мягкую кожу живота. Я выгнула спину от возбуждения.