Похоже, назревает проблема.

Димон откровенно делал знаки внимания Акуне, та не особо активно ему отвечала. На Славика Акуна особо не обращала внимания. Немезида же ситуацию поняла так, что Славик, он же Сильвестр Круз, он же Винни Пух, единственный незанятый мужчина в коллективе. А когда этот Винни Пух принёс гору окровавленного оружия, после того как его похитили, этот незанятый мужчина стал получать ещё больше внимания.

И как мне ей отказывать? А отказывать надо, ибо я же один человек и не могу затеять отношения с одной девушкой одним телом, а с другой другим. Физически-то, конечно, могу, но Акуна точно не оценит. Все то хорошее, что я ей говорил, правда. Я именно так себя и чувствую. Если у меня есть шанс на отношения с ней, то я не хочу его терять из-за другой девушки.

Значит Немезиду надо как-то притормозить.

А как?

Вернусь в гостиницу и спрошу генерала. Может, он что-то посоветует. А пока приходилось обжиматься под камерой коммуникатора с Немезидой и надеяться, что та только играет, а не перейдёт к боевым действиям, когда мы одни останемся в номере.

А если ещё Акуна всё это увидит?

Ох…

Сказано — сделано.

Оставив Немезиду одну, Славик пошёл в номер к генералу.

— Товарищ генерал, здравая желаю! Разрешите обратиться с личным вопросом? — заявил я сразу с порога, скидывая лёгкие ботинки у порога.

— Когда-нибудь, ты расскажешь, что означают эти твои фразы с товарищем и «разрешите обратиться». Дай угадаю, это что-то армейское?

— Да. Что-то на земном армейском. Но я там не служил, поэтому на аутентичность не претендую. Но обратиться мне все равно надо.

— Прежде чем задашь вопрос, скажи, зачем ты обувь снял?

— Эээ… Так на Земле все делают.

Тут я приврал. На Земле так делают далеко не все, но чего уж тут…

— Больше так не делай. Ты на боевом задании. Лишаться удобной обуви по такой неуважительной причине просто глупо. И какой я, кактус тебе в задницу, генерал? Камоа Хеку! Запомни это имя и используй его! Так что у тебя за вопрос?

Славик замялся. И это было не наигранно. Больше всего я бы хотел посоветоваться по этому вопросу с отцом. Но он недоступен. Генерал на втором месте. Даше на третьем. После мамы.

— В общем, ситуация такая. Я должен изображать парочку с Наташей. И мне кажется она готова максимально качественно изображать со мной парочку, даже когда мы наедине. А я… Как бы больше к Алексе симпатии испытываю.

— О как… — видимо, к такому вопросу генерал не был готов, но прям совсем неожиданной эта тема, само собой, для него не стала. — А ты прям уверен, что она именно так настроена?

— Я с ней ни в чём на сто процентов не уверен. Только в качестве её актёрской игры. Но на случай, если она начнёт совсем уж заигрываться, мне нужен совет.

Генерал задумался, потом начал рассуждать.

— С одной стороны маловероятно. Она тебя знает совсем недолго. Но она уже поняла, что у тебя есть огромный боевой потенциал. Не знает, какой именно, но уйти, оставив после себя гору трупов, в которую ты превратил боевое звено «Последних Судей», это непросто. Она этих «Судей» боится и знает, на что они способны. А тут такой ты красивый и смертоносный. Уверен, она предполагает, что ты Ранг. Это делает тебя естественным врагом этих судей, а враг моего врага — мой союзник. Да, — кивнул сам себе генерал, — укрепить с тобой связь очень выгодно для неё. Поначалу, я уверен, она была уверена, что ты полностью мой человек, но твои манеры показывают, что это не так. Ни ты, ни Димон не ведёте себя как подчинённые. Она, уверен, в таких вещах разбирается и уже не раз считала, что вы не мои солдаты. Поэтому решила, что тебя можно, если не перевербовать, то как минимум сделать максимально лояльным. Секс — хороший способ этого добиться.

— Ничего себе. То есть мне прям к этому готовиться? И что делать?

Генерал задумался на секунду, почесал затылок и с улыбкой, которая была слишком широкой, чтобы быть искренней, сказал:

— Если поймёшь, что она тебя прямо в постель тащит, то скажи, что я запретил тебе секс до завершения боевой операции. В общем, вали всё на меня. Так ей и скажи, что Камоа Хеку, а не генерал, запретил вам трахаться. Скажи, что ты мой солдат и не будешь с ней иметь тесной связи, так как может поступить приказ её ликвидировать, и чувства могут тебе помешать. В общем, можешь все мои рассуждения ей выдать. Она не глупая, поймёт, что мы поняли. На какое-то время этого хватит.

— На какое-то время?

— Слушай, Винни Пух, эта женщина гениальна. Ты требуешь от меня решения, которое её остановит полностью? У меня его нет! Своей головой думай!

— Понял, товарищ г… Камоа! Пойду обратно. На боевой пост, блин.

— Давай. А я пока буду просматривать, что вы там наснимали, пока она о тебя тёрлась.

— Хорошего просмотра. На этих файлах хорошо показана вся тяжесть моего положения.

— Иди уже.

Славик вернулся в свой с Немезидой номер. Та переоделась в розовый костюм: свитшот и мешковатые штаны. Устроившись с ногами на диване, она кивнула мне и продолжила увлечённо копаться в планшете.

Я же не знал, что делать. А когда не знаешь, что делать, то перекусить всегда хороший выход. Поэтому полез в холодильник.

Нашёл там хлеб, колбасу, паштет, листья какой-то зелени. Решил сделать бутерброды. Незнакомые овощи и фрукты проигнорировал.

Немезида сидела так, что могла видеть, что я делаю. Она отвлеклась, когда я начал есть. Присмотрелась, сделала удивленное лицо, и сказала:

— Ничего себе ты кулинар. А мне можешь сделать?

— Хорошо. А ты чем занята?

— Пост монтирую для сети. Скоро будет готово, — девушка снова погрузилась в планшет. — Периодически над экраном появлялась трёхмерная голограмма, но она была не яркой. Я успел только рассмотреть обстановку «Воина».