Шрифт:
— С чего вы взяли, что корабль управляется им? — Николаев вернул лист на стол.
— Это разумно, любой мозг банально устанет, неважно, человек это или кто-то иной. Если речь касается о передвижении в космическом пространстве, очевидный выход это искусственный интеллект.
— То есть на корабле нет биологической формы жизни? — высказал предположение Соловьёв.
Команда Королева не обращала на них внимания, погружённая в свои дела. Разве что чья-то рука тянулась к пластиковому стакану с кофе или к чашке с чаем, из которой торчала нитка пакетика.
— Ну, — поскрёб жидкую бородку Святослав, — может быть, а может и нет. Тут ведь надо понимать, с какой целью их корабль был отправлен. Вполне возможно экипаж пребывает в состоянии криосна, поэтому и не активен.
— Тогда, следуя логике, после прибытия искусственный интеллект обязан разбудить экипаж, — подкинул идею Соловьёв.
— Да, по нашей логике, — поднял вверх указательный палец учёный, запихивая остатки пирога в рот. — Но ведь они не достигли цели, — жуя, добавил он.
— Как не достигли, они прибыли к Венере.
— Они прибыли к мёртвой планете, а единственная живая находиться на другой орбите и вдобавок на ней имеется не только разумная жизнь, но вполне себе технически развитая цивилизация, — закончил за подчиненного Королёв.
— Вполне возможно их искусственный интеллект не ожидал подобного, вот и пытается связаться с теми, кто, по его мнению, мог укрыться в других местах солнечной системы, — по лицу Соловьёва видно, ему чертовски нравится вот так рассуждать о космических гостях.
— Тогда тем более Земля должна стать точкой исследования, более пригодных мест больше не существует, — сухо бросил Николаев.
Святослав согласно кивнул.
— У меня такой вопрос, мы можем добраться до них? — Николаев, прищурившись, смотрел на Королёва.
Тот, даже не задумываясь, ответил: — Технически для нас это не представляет проблемы. Тем более, что на данный момент на орбите Венеры европейский спутник.
Разведчик удивился: — И Европа позволяет нам пользоваться им?
— Конечно нет, — отмахнулся Королёв с видом, не порите глупости, — но не оскудела земля наша талантами и хакерами.
— А почему бы нам не отправить свой спутник туда? — спросил Соловьёв.
— Давайте подумаем, — поднял ладонь с растопыренными пальцами учёный. — Нужны деньги, время…
Николаев перебил его: — Только что сами сказали, что технически возможно отправить туда людей.
Королёв замер, удивлённо уставившись на собеседника, Святослав чуть приоткрыл рот, явно не веря услышанному.
Собравшись с мыслями, Королёв произнёс: — Вы хотите отправить туда не спутник, а людей?
— Верно.
— То есть пилотируемый полёт к другой планете?
— Да, — вид Николаева показывал, не шутит и не просто так спрашивает об этом.
— Ха, — ошарашено выдохнул учёный, и, оглянувшись назад, упал в пустое кресло. — Это не так просто.
— Минуту назад вы утверждали обратное.
На что Королёв мигом возразил: — Минуту назад я думал, речь идёт о спутнике, который мы отправим для наблюдения за «Объектом».
— Простого наблюдения уже не достаточно.
— Это понимаю, но всё же, — Королёв нервно потеребил подбородок. — Пилотируемые полёты на такое длительное расстояние и на такое длительное время, мы ранее никогда подобного не делали. Говоря мы, имею в виду всех, кто имеет космические программы.
— Быть может, вы удивитесь, но сейчас наверняка в Штатах уже вовсю идёт подготовка к реализации подобной идеи, — сухо заметил старый разведчик. — И не только там.
Лицо Королёва приняло ироничное выражение: — Тогда их ждёт точно такой же сюрприз, что и вас.
— Вы о чём?
Учёный поудобней развалился в кресле, сложив ладони в замок на животе:
— Они столкнуться с тем, что и мы. Как вы думаете, отчего все разговоры о полёте к Марсу так и остаются разговорами? Потому что вопрос упирается не в деньги, а в физику. Загибайте пальцы. Даже чтобы отправить экипаж из двух человек, понадобится совершенно новый тип ракеты, имеющей солидный запас топлива, химическое отпадает сразу, а ионный слишком медленный и обладает малой мощностью. Второе, радиация, она представляет куда большую проблему, чем принято думать, а ведь лететь придётся к Венере, значит излучение будет куда сильней. Допустим, с этим справились. Остаётся ещё одна проблема, время.
— Время? — зачем-то переспросил Николаев.
— Оно самое, — кивнул учёный. — Безжалостная неуправляемая величина, та ещё сука. Добираться до Венеры приблизительно от ста десяти до двухсот дней, зависит от даты старта и насколько наши планеты будут близки друг к другу. А ещё не забываем про гравитационные манёвры, это не один десяток дней. Это много.
— Но выполнимо?
Королёв широко улыбнулся, ощущая на себе пронзительный взгляд особиста — Никому в одиночку это не выполнимо. И бьюсь об заклад, сейчас в Вашингтоне или Пекине ваши коллеги получили точно такой же ответ.