— Анна, — незнакомый мужской голос окликнул её.

Она повернулась и узнала очертания лица своего старого приятеля. Это был высокий, светловолосый, молодой, опрятно одетый мужчина.

— Макс, привет. Как жизнь?

— В целом неплохо. — Он обнял по-дружески Анну, а после пристально осмотрел её. — Ты выглядишь шикарно. Мы не виделись, наверное, лет пять.

— Думаю, что больше. — Анна убрала его руки со своей талии и облокотилась об перила.

— Слышал, что ты покинула наши медицинские ряды, хотя, как по мне, ты зря это сделала. Ты была одной из лучших на нашем потоке. Чем теперь занимаешься?

Анну разозлил его вопрос, поэтому с нескрываемым раздражением она ответила:

— Впервые получаю удовольствие от жизни.

Ей натерпелось закончить этот дурацкий разговор, но Максим задал следующий вопрос:

— Ты одна здесь?

— Нет.

— Понял, — он смущенно отвернулся в противоположную сторону. — Хотя я надеялся.

— Это было очень глупо. — Равнодушно отрезала Анна.

Они молча постояли рядом друг с другом какое-то время, и Анна собиралась уже уходить, но заметила что-то странное во взгляде Максима. Парень неподвижно стоял, держась одной рукой за перила, но по его лицу пробегали ритмичные подергивания мышц. А затем он упал и забился в конвульсии. Анна быстро среагировала и опустилась перед ним на колени. Она постаралась своими слабыми руками повернуть крепко сложенного мужчину на бок, затем приподняла его голову и постаралась зафиксировать её руками. Конвульсии не прекращались, и Анна запаниковала. Она в надежде уставилась на дверь террасы, которая была приоткрыта. Как по волшебству из-за нее выглянула голова Роккеля. Он с растерянным видом посмотрел на Анну, стоящую перед незнакомцем на коленях.

— Приступ эпилепсии, — выкрикнула Анна. — Звони в скорую.

Роккель без промедления достал телефон и набрал нужный номер. Пока скорая была в пути, Роккель присел рядом с Анной и спросил, чем он может помочь. Анна попросила найти подушку или плотную ткань, чтобы подложить её под голову. Роккель ушел в зал и вернулся в руках с подушкой и подмогой в лице Лии.

К приеду врачей Максим пришел в себя. Его состояние стабилизировалось, но он по-прежнему испытывал сильную слабость и головокружение. Врачи приняли решение госпитализировать пациента в больницу.

Анна еле стояла на ногах, упираясь рукой в перила на лестнице, когда Роккель увидел её бледное, как мел лицо, то он тут же решил, что ей пора вернуться домой и отдохнуть. Они решили сбежать с праздника, ни с кем не прощаясь. Роккель предложил повести машину, и Анна с удовольствием приняла его предложение. Она уютно разместилась на пассажирском сидении и от усталости прикрыла глаза. Роккель лихо вырулил на 9-ю линию Васильевского острова, миновав несколько домов, свернул к Тучкову мосту. Анна расслаблено смотрела в окно, когда веселый голос Роккеля спросил:

— Как так получается, когда в мире что-то происходит, то там обязательно рядом оказываешься ты?

Анна улыбнулась и повернула голову в его сторону. Она про себя отметила невероятно красивый силуэт лица Роккеля, который проглядывал из-за тусклого света уличных фонарей.

— Неприятности слишком любят меня.

Она пожала плечами и сбросила с ног туфли.

— Ты сразу поняла, что у него эпилепсия. Но как?

— Мы давно с ним знакомы, поэтому я просто знала, что у него иногда случаются приступы эпилепсии. Видимо, он слишком сильно принял к сердцу мои слова и разнервничался. Иногда так бывает.

Роккель уставился на Анну.

— А что ты такого ему сказала?

— Уже не помню точно. Что-то наподобие того, что он мне абсолютно не интересен как мужчина.

Анна рассмеялась, закрыв руками лицо.

— А я, значит, пока тебе интересен?

— О, еще как.

Утром Анна проснулась в отличном настроении. Она тихо, как мышка, выбралась из постели и испекла на завтрак аппетитные пышные венские вафли. Роккель был несказанно рад такому событию. Они поели в приятной обстановке, а после решили заняться каждый своими делами. После завтрака Роккель в приподнятом настроении ушел в мастерскую. Спустя час к нему присоединилась Анна. Она уселась на стул около стола, заваленного хламом, и разгребла с края для себя немного пустого места. А после заявила Роккелю о своем желании:

— Научи меня рисовать.

Роккель удивился уже второй раз за это утро. Он достал несколько плотных листов бумаги, акварель. Разложил лист перед Анной и сел на соседний стул. Роккель смочил кисть водой и намочил верхнюю границу бумажного листа.

— Для начала тебе нужно будет понять, как работают материалы и цвета. Акварель не может существовать без воды. Чем больше воды, тем мягче будет ложиться на лист краска.

Роккель обмакнул кончик кисти в ультрамариновую краску и плавным движением перенес цвет на мокрую поверхность бумаги. Краска растеклась красивой кляксой. Роккель вложил другую кисть в руку Анны и предложил ей попробовать самой проделать то же самое действие. У Анны клякса оказалась не такой живописной, как на примере.

— В этом деле главное — практика. С каждым разом будет получаться только лучше.

— А где ты берешь идеи для своих картин?

— Я просто чувствую. Затем превращаю свои чувства в нечто материальное. Для меня рисование, сравни медитации. Когда я что-то рисую, то я отвлекаюсь и хаос в моей голове обретает секундный покой.

— Поэтому ты сейчас проводишь здесь так много времени? Роккель, если ты ничего не рассказываешь, то это не значит, что я не вижу очевидного. Я давно знаю, что ты что-то задумал. Настоятельно прошу тебя прекратить это.