Роскошный ужин, поданный на летней веранде дворца покойного Оррсона, перестал лезть в горло после первых же слов перепуганного насмерть Шомера:

–  Мой господин! У нас беда! Найден пропавший вчера капитан Жерадо… мертвым… и с ним больше ста пятидесяти братьев!!!

–  Не понял?
– приподнявшись над столом, Наместник вцепился в сутану помощника и подтащил его к себе: - Как это мертвым?

Слушая сбивчивый рассказ почти теряющего от страха сознание и способность связно излагать свои мысли помощника, Эдвин от дикого бешенства, вспыхнувшего в первые мгновения, постепенно переходил в состояние апатии: после такого прокола на его карьере можно было ставить жирную точку. Наглые до умопомрачения действия неведомо откуда взявшегося врага ввергали его в шок: за последнее время на подходе к Аниору было вырезано больше сотни солдат и офицеров, а теперь вот и в самой столице Империя умудрилась потерять еще полторы!

–  Нет, не Империя! Я! Лично!
– прикрыв глаза, подумал наместник и уронил на пол зажатый в руке кубок…

–  Поиски в городе результата не дали… - продолжал тем временем немного оклемавшийся помощник.
– Они ушли через стену в сторону леса… Посланные вдогонку солдаты с собаками потеряли след в русле небольшой речки с каменистым дном… Поиски продолжаются… Я имел наглость послать четыре отряда по сотне воинов и четыре собаки… Больше наверное не стоило - тогда сильно ослабляется гарнизон Аниора, господин!

–  Все правильно… - признал Эдвин и зарычал: - но какая же наглость пробраться в Мой город и у Меня под носом вытворить такое!!! Жерадо, конечно, поделом - чем шататься по бабам, лучше бы службу нес, но… кстати, кто впустил этот чертов лупанарий в город?

–  Брат Горг, господин! Он был старшим караула у Южных ворот…

–  Где он?

–  Он… вместе с братом Жерадо… лежал в одной комнате… там столько трупов, господин, что меня чуть не вывернуло наизнанку… - глядя в пол, выдавил брат Шомер.
– Хозяин постоялого двора, брат Лекс, проводивший лупанарий к нему и все братья, дежурившие вчера у ворот и оставшиеся в живых схвачены и ждут вашего решения в темнице… но Лекс утверждает, что получил приказ брата Горга, и не мог его ослушаться… Свидетели подтверждают его слова…

–  С ними разберемся потом… а пока надо подготовить письмо Императору… - закрыв лицо ладонями, вымученно произнес Наместник.
– Не представляю его реакцию…

Откуда они взялись, Демоны их подери… Демоны… - Среди них не было мужчин с черным лицом?
– внезапно вскочив с места так, что по столу покатились перевернутые кубки и кувшины, заливая скатерть вином, заорал Эдвин.

–  Нн-не знаю, господин!
– сжался в комок Шомер.
– Солдаты ни о чем таком не говорили… бабы… охрана… какая-то мерзкая тетка с очень белым лицом на облучке повозки…

–  Уточни… бегом… я пока подумаю, как составить донесение… И пусть уберут со стола… не время жрать… Демоны побери это страну… И пришли ко мне какого-нибудь посыльного… Император не простит ни минуты промедления…

Кубок, задетый локтем, покатился по столу, уперся в тарелку с жареными крылышками и замер. Мрачно посмотрев на кроваво-красную дорожку, перечеркнувшую стол, клирик Шомер тяжело вздохнул и выругался. Несмотря на огромное количество выпитого, голова оставалась кристально ясной, а ожидаемое опьянение так и не наступало. Кинув взгляд на соседний стол, за которым уже похрапывал какой-то не обремененный тяжкими думами счастливчик, монах приподнял палец, подзывая к себе служанку.

–  Да, господин?
– мигом возникшая рядом толстушка подхватила со стола пустую посуду и смахнула чистой тряпкой крошки.

–  Спроси хозяина, нет ли у него чего существенно покрепче, и принеси кувшинчик… или даже два… И вот еще… спроси у него, не составит ли он мне компанию…

Поговорить и то не с кем…

–  Будет исполнено, господин!
– метнувшись к стойке, женщина оперлась об нее грудью, оттопырив массивную задницу, обтянутую широченным, непонятно как остающимся чистым в творящемся вокруг бедламе платьем. Глядя на ее формы, монах снова вспомнил причину сегодняшнего плохого настроения и снова выругался…

–  Пожалуйста, господин!
– два кувшина с чем-то, судя по запаху, довольно крепким, возникли перед ним как по мановению волшебной палочки, а когда он отхлебнул сногсшибательной крепости настойку и аж закашлялся, на лавку за столом тяжело опустился и сам хозяин таверны.

–  Выпей! Тошно мне, дружище… - признался Шомер, подвигая к Боно предусмотрительно приготовленный служанкой пустой кубок.
– Аж жить не хочется…

Боно молча кивнул, наполнил кубок настойкой и, сделав глоток, крякнул от удовольствия…

–  Еще вчера я думал, что не сегодня-завтра отправлюсь отсюда домой… - опустошенно глядя перед собой, буркнул монах, - но после того, что случилось вчера ночью, я сомневаюсь, что удастся сохранить голову на плечах… Нрав у Императора еще тот…

–  Ты то при чем?
– пожал плечами Боно, как и все в городе, наверняка бывший в курсе последних событий.
– Караульные у ворот, начальник стражи, командиры городских патрулей… ну, Наместник… - им еще может перепасть… А тебе не должно вроде…