— Мне не нужны костыли,- ответил главе гильдии. Не взял предложенную штуковину, а просто направился к памятнику.

— Так нельзя…- начал было спорить Рыцарь- Кракен, но его перебил Слон.

— Наследнику этимона все можно,- выпуклые глазища хоботастого засветились фанатизмом.

Таким поведением, мутант напомнил китайца Вейдж Вена, тот тоже свято верил в «божественного цилиня». Кстати, а куда подевался Буба? С тех пор, как мы сюда попали, от него ни слуху ни духу. Чувствует, что провинился? Потому помалкивает? Наверное, ведь я до сих пор зол за него. Чуть не угробил меня, зараза. В затылке иногда побаливало.

Пошел к статуе без ничего неспроста. Уже на ходу достал из пространственного перстня темный сигилл, подаренный здешним директором. Диск из камня мягко запереливался тьмой. Его размеры точно совпадали с отверстием на груди статуи, в которое я должен был засунуть шприц со своей кровью.

— Как думаешь, дойдет?- вновь расслышал шепот шакала.

— Ша, заткнись…- негромко отбрил любопытствующего Хряк.

— Помню, без кровавого подношения, я даже двух шагов сделать не смог,- проронил лидер квинтерии носорогов. Громадный, далеко за два метра, детина с рогом вместо носа и очень морщинистой кожей.

Да?! Удивился я и тут же почувствовал возросшее давление. Из дыры на грудине статуи вылетел темный вихрь. Подобно голодному псу, смерч вцепился в меня и попытался иссушить. В ответ, темный сигилл замерцал ярче, и жадное завихрение рассеялось. Злобный памятник сделал ещё несколько попыток, однако ситуация повторилась.

— Что у него за сокровище такое…- завистливо выдохнул за спиной шакал Ша.

Я же сосредоточился на продвижении вперед. Хоть никакие вихри больше и не вылетали, но всасывающая способность статуи возрастала с каждым шагом. Нельзя сказать, что прикладывал сверхусилия, но и легко не было. Наконец, все закончилось. Подошел к монументу вплотную. Вблизи эта фигура ещё больше отличалась от других. Тусклая и блеклая. В ней не было даже подобия жизни. Интересно, с чем это связано?

— Говорят, статуя инициации — это одна из оболочек темного этимона,- пробормотал Рыцарь-Кракен, словно заметив мой невысказанный вопрос.

Так вот, оно что! Теперь я понял, почему к стихии тьмы примешивались эманации смерти. Долго не колебался. Тем более, стоять рядом с этим подобием трупа было неприятно. Вытянул руку и вставил каменный диск в грудное отверстие. Сигилл сел, как влитой, вспыхнул мраком и завращался.

— Что происходит?- трусливо втянул плечи шакалообразный, отреагировав на шум наверху.

Потолок над нами затрясся, в унисон с вращением каменного диска в груди статуи. Посыпалась пыль. Вверху раздалась серия взрывов. Некоторые произошли совсем близко и были очень слышны. Другие прозвучали в отдалении. Заходил ходором потолок. Разразилось настоящее землетрясение.

Квинтельеры перепугались и захотели сбежать, но их, словно волна прибоя, метнула назад мощная приливная сила. Десятки, а может и сотни, тугих энергетических струй ворвались под землю и потекли в направлении памятника. Сигилл завертелся ещё бешеней. Как губка, он впитывал стихию тьмы, собранную по всей Заброшенной базе.

— Что ты наделал?!- запаниковал гильдмастер, от чего перешел на «ты».

Обернулся и недоуменно посмотрел на него.

— Статуи! Они взорвались. Все до единой. Взрывы прозвучали из тех мест…- взгляд спрута потускнел.

— Беда! Что теперь делать?! Как жить дальше?! Ничего не будет работать…- разрозненно запричитали квинтельеры, спешно повскакивав на ноги или же на их подобия.

Да уж, нехорошо вышло.

— А твои эксперименты никогда до добра и не доводили,- неожиданно пробудился Бублентий.

Не успел ничего ответить критикану, ибо статуя ожила. Она шагнула ко мне и распахнула объятия. Иди к черту! Я не той ориентации! Почему-то, этимон воспринимался мной, как мужчина. Попытался отпрыгнуть прочь и избежать «обнимашек». Не получилось. Сила притяжения была такова, что меня подтащило к источавшей мрак фигуре. Холодный, тяжелый захват лег на плечи, и пришла боль. Я бы заорал, но челюсти не открывались. По телу быстро распространился паралич.

— Ну что, доигрался?!- издевательски поинтересовался Буба.

Вот, сученыш! Дай только разобраться с этой напастью, и ты у меня попляшешь! С такой мыслью, принялся бороться. Интуиция подсказывала, что если не сброшу проклятое онемение, то умру.

— Похоже, ситуация вышла из под контроля…- этимон хаоса;

— Мы должны вмешаться, иначе жители Заброшенной базы умрут!- этимон жизни;

— Туда им и дорога! — этимон смерти;