Элиза без колебаний выполнила указание. Она знала, что это единственный способ. Проклятие древнее и могущественное, оно тянулось сквозь поколения, отравляя жизни её близких. Александр пытался найти решение, боролся изо всех сил, но реальность была неумолима. И чем дольше они тянули, тем больше страданий ждало впереди.Поднявшись на алтарь, она встретилась взглядомс Александром, его глаза были полны боли и раскаяния. Он молчал, словно лишился дара речи.- Прощай, моя любовь, — прошептала она.Луна, пробившаяся сквозь узкую щель в потолке, озарила её лицо, словно благословляя на этот подвиг.

Холод алтаря коснулся ее кожи, но она не дрогнула. Страх ушел, оставив место лишь решимости и надежде.В зале воцарилась тишина, лишь потрескивали факелы, отсчитывая последние мгновения её жизни.

Один из Легионеров, облаченный в богато расшитую мантию, выступил вперед. Его лицо было испещрено морщинами, а глаза горели безумным огнем. Он поднял руки к потолку и начал нараспев читать заклинание на древнем, незнакомом языке. Слова, словно змеи, заползали в сознание Элизы, вызывая дрожь и головокружение.

Артефакт на алтаре засветился ярче, и зал наполнился гулом.Элиза почувствовала, как ее собственная кровь закипает в венах, а разум медленно покидает тело. Она попыталась закричать, но из горла вырвался лишь слабый стон.Ритуал набирал обороты.

43.

Элиза закрыла глаза, вспоминая счастливые моменты, проведенные с Александром, его улыбку, его прикосновения. Эти воспоминания давали ей силы сделать последний шаг.Она протянула руку к амулету, готовая к последнему, самому важному выбору в своей жизни.

Ее пальцы коснулись холодной поверхности артефакта. В тот же миг ее пронзила нестерпимая боль, словно тысячи игл вонзились в тело.В голове вспыхнули яркие образы - чужие эмоции, жизни, смерти.Тысячи жизней, принесенных в жертву артефакту и чужим амбициям.

Боль нарастала, грозя разорвать ее на части. Элиза закричала, но крик потонул в гуле голосов, эхом отзывавшихся в ее сознании. Она видела себя в разных эпохах, в разных телах, переживала чужие страдания, будто они были ее собственными.

Девушка пыталась отдернуть руку, но пальцы словно приклеились к амулету, отказываясь повиноваться. Воспоминания текли нескончаемым потоком, сменяя друг друга с головокружительной скоростью. Она видела любовь, боль, предательство.

Каждая эмоция, каждое чувство обжигали ее изнутри, лишая воли и разума.В какой-то момент боль стихла, сменившись странным ощущением покояЭлиза медленно открыла глаза, смотря на амулет с отвращением и ужасом.

Он казался ей средоточием всего зла в этом проклятом месте.Девушка отдернула руку, чувствуя, как к пальцам возвращается чувствительность. Тело дрожало, покрытое холодным потом.

Ей казалось, что она прожила тысячи жизней за те несколько мгновений, что держала в руках амулет. Воспоминания, хлынувшие на нее, были слишком яркими и реалистичными, чтобы быть просто видениями. Она чувствовала чужую боль, чужую любовь, чужую ненависть. Все это смешалось в ее сознании, создавая невыносимый хаос.

Элиза сделала глубокий вдох, собираясь с духом.- Я сделаю это,- твердо произнесла она, ее голос дрожал, но в нем чувствовалась решимость, — довольно смертей. Хватит.Старик довольно кивнул, и его глаза вспыхнули еще ярче.

Слёзы навернулись на глаза Александра, но он лишь беспомощно наблюдал, как Элиза медленно приближается к алтарю, возвышающемуся в центре зала.Тёмная энергия вокруг него пульсировала, словно живое существо, предвкушая новую жертву.

Девушка поднялакинжал, и в зале воцарилась звенящая тишина. Лунный свет, проникая сквозь узкую щель, осветил лезвие, превращая его в зловещий символ смерти и отчаяния.Элиза закрыла глаза, сделала глубокий вдох и произнесла тихим, но твердым голосом:- Да будет так.

Кровавая луна взошла, знаменуя начало конца.Элиза, не дрогнув, вонзила клинок себе в сердце. Боль была мгновенной и всепоглощающей, затмив собой все те чужие страдания, которые она ощутила мгновения назад.

Слез скатилась по щеке мужчины, застыв каплей на подбородке.Как на замедленной съемке он видел, как Элиза поднимает руку, в которой блеснул отполированный кинжал.Древний ритуал требовал жертвы, добровольной жертвы, чтобы разорвать цепь проклятия. Он знал, что в её глазах сейчас только решимость и любовь, смешанные в отчаянном коктейле.