neutron
Шрифт:
ко.
Палочка в её руке дрожала всё сильнее.
— Если бы хотел, — медленно произнесла Джин— Не понимаю, о чём ты.
ни, — давно бы это сделал. Ты не позволяешь себе ниКривая улыбочка исчезла, Драко задумчиво смоткого любить потому, что считаешь, будто это уничторел на неё:
жит вас обоих. Именно потому влюблённость
— А может, ты и уцелеешь. Но то, что пусто, сгорав Гермиону стала просто-таки воплощением твоего
ет без следа. Я не мог дать того, чего тебе так хочется,
идеала, ведь ты бы никогда её не получил. Что
не рискнув собой… А у меня так мало осталось себя… —
до Блэз, ты её и вовсе не любил — жестоко, кстати гоон тряхнул головой, словно усилием воли возвращаясь
воря, хотя с твоей извращённой логикой ты, наверное,
из забытья. —
Потому
я и наставил
шлагбаумов
полагал, будто добр к ней. И я…
на нашем пути. Чтобы не разочаровать тебя. И пусть
— И что ты? — Драко сейчас стоял прямо-прямо,
именно это-то тебя и разочаровывало — мне казалось,
всё напускное равнодушие разом исчезло. Лицо
такое
разочарование
лучше,
чем
то, с каким
не отражало ни единой эмоции — Джинни пришло
бы ты столкнулась, люби я тебя.
на ум сравнение с запертой шкатулкой, по крышке ко— Но ты оставлял последнюю ниточку. Отталкивал
торой невозможно угадать, какие ящички-отделения
меня и потом притягивал за неё обратно — зачем?.. —
прячутся внутри. За долгие месяцы она навоображала
вскрикнула она, опуская палочку.
бог
весть
чего,
но открой
она
шкатулку —
— Чистой воды эгоизм. Или ты меня не слушала?
и содержимое окажется совершенно другим. Возможно,
А ещё трусость. А чтобы это не выглядело ни эгоизмом,
всё разрешится именно сейчас. — Что ты хочешь усни трусостью, я присыпал всё таинственностью, чтобы
лышать? — задумчиво и очень спокойно спросил он. —
ты не… — он осёкся, когда Джинни отчаянно замотала
Уродливую правду или прекрасную ложь?
головой, и вымучил из себя смех и мрачное: —
— Я хочу правду. И всегда хотела от тебя именно
Ты заслуживаешь лучшего.
правды.
— Ты говорил, что в умирающем сердце любовь
Драко резко хохотнул.
не растёт, — пересохшими губами напомнила Джин— Ой, ладно, прекрати! Ничего милого сердцу
ни. — Сказал, что любил бы меня, если б мог.
в правде нет, Джинни, особенно в моей правде:
— Всеми ошмётками своего сердца, — подхватил
сплошные осколки, и какие острые — потянешь
он. — Я помню, Джинни. Не утруждай себя цитатами.
за один, да руки-то в кровь и изрежешь…
— Ты больше не умираешь.
— Тогда давай я упрощу задачу. Скажи, что
— Знаю. Смерть мне отлично удавалась — куда
не любишь меня.
лучше, чем удаётся жизнь, — Драко помолчал, в упор
Впервые в жизни она поймала его врасплох:
изучая
её
серыми
глазами.
Она
видела —
— Что?..
он набирается смелости, его взгляд был одновременно
— Скажи, что не любишь меня, — повторила Джини собранным, и беспокойным. — Умер бы — и упростил
ни. — Если это правда, так и скажи. Я знаю,
себе задачу: не пришлось бы отвечать ни на твой воты не солжёшь.
прос, ни на прочие… Если и есть в тебе что-то постоянЕй не доводилось видеть Драко в таком остолбененое, Джинни, так это умение заставлять меня снова
нии — словно его оторвали от дела и велели ни с того
и снова вглядываться в себя — каждый раз убеждаясь,
ни с сего решать труднейшую задачку по Нумерологии.
как же мало меня есть на свете, чтобы выдержать та— Джинни…
кой допрос. Тебя, Джинни, я знаю куда лучше, чем се— Правда меня не убьёт, — сказала она. — Честно
бя — ты цельная, верная, честная и до идиотизма,
слово, так милосерднее.
до умиления упрямая. И красивая. А я — лишь тень,