— Думаю, ситуация предельно ясна, — веско произнёс Кимура, его голос гулким эхом отразился от стен. — Орочи, вы уволены без выходного пособия. Охрана немедленно проводит вас к выходу. Таката-сан, это отличная работа.

Двое крепких охранников молча подошли к бывшему рекламщику и жёстко взяли его под руки. Он даже не думал сопротивляться, его вывели из зала заседаний, словно сломанную тряпичную куклу.

Я вежливо поклонился руководству, развернулся, собираясь спокойно сесть на место, и неожиданно встретился взглядом с ледяными глазами Кагеямы. Наш новый кризис-менеджер совершенно не выглядел расстроенным, на его лице не было ни капли разочарования от потери пешки. Он смотрел на меня и расчётливо улыбался, пока бездонная чёрная дыра вокруг него угрожающе закручивалась по спирали.

И именно в этот момент я всё понял, кристально ясно осознав суть произошедшего. Кагеяме даром не сдался бюджет, он изначально пожертвовал дураком Орочи. Он хладнокровно кинул его под танк ради одной-единственной цели. Ради того, чтобы хорошенько прощупать меня. Кагеяма хотел лично увидеть, как я реагирую на угрозу, как именно защищаюсь и какие методы использую в борьбе. Благо, никто из них даже не догадывается, что я легко вижу их истинную сущность и читаю ауры как открытую книгу.

Я плавно опустился в кресло, сохраняя невозмутимое лицо. Орочи был просто куском мяса на заклание. А вот Кендзи Кагеяма оказался по-настоящему умным, невероятно хитрым и крайне могущественным противником, чьё скрытое влияние вполне могло быть сопоставимо с мощью самого Кимуры.

Совет директоров быстро переключился на обсуждение других насущных вопросов, но я их уже не слушал. Я смотрел на гладкую поверхность стола и чётко понимал, что дни спокойствия для меня окончательно закончились. В Дзигоку управлять демонами было намного проще. А здесь, в запутанном мире людей и замаскированных духов, корпоративная война только начинается.

И я буду в ней победителем.

У каждого демона есть свои причуды. Кто-то там собирает души, кто-то любит запах серы по утрам, а я просто обожаю уничтожать улики. В этом есть что-то успокаивающее, когда бумага с тихим шелестом улетает в шредер, а вместе с ней исчезают и все следы моих корпоративных грешков. Красота.

Подземный архив «Кимуры» был похож на свалку документов, где металлические стеллажи уходили в темноту, а лампы едва светили. Воздух пах пылью и старой бумагой, так что это было идеальное место, чтобы избавиться от лишних свидетелей или документов. Я спокойно шёл между рядами, слушая тишину, а Чоу следовала за мной, громко цокая каблуками по бетону. Мы решили работать чисто, поэтому все черновики наших документов должны были исчезнуть. Пускай это уже ничего бы не изменило, но я привык убирать за собой, даже если это и необязательно.

— Слушай, Кацу, ты точно уверен, что тут нет камер? — Чоу с подозрением огляделась по сторонам, прищурив глаза.

— Вообще не парься, — я свернул в самый дальний угол и остановился. — Я вчера изучил схему охраны, сюда даже уборщицы не заходят, так что мы в полной безопасности. Хотя ты должна знать эти места лучше меня.

Чоу хмыкнула и поправила сумку на плече. Она была в своём обычном строгом костюме, но я заметил, как дрожит её аура. Она странно на меня смотрела, будто пыталась разгадать какой-то секрет, пока я был занят. Мы подошли к старому шредеру, который был покрыт толстым слоем пыли, и девушка протянула мне папку.

— Держи, это последние копии, больше ничего не осталось, — сказала она, и когда я забирал бумаги, наши пальцы случайно соприкоснулись.

Чоу не отстранилась, а наоборот, замерла и посмотрела мне прямо в глаза.

— Знаешь, Кацу, я сегодня вновь увидела тебя настоящего, — тихо произнесла она, слегка наклонив голову.

— И что же ты там разглядела? — я засунул первый лист в машину и с удовольствием посмотрел, как тот превращается в мелкие полоски.

— Настоящего хищника, — Чоу облокотилась на стеллаж и скрестила руки на груди, внимательно изучая мою реакцию. — Ты ведь не просто какой-то умник из офиса, ты реально опасный тип. И это пугает и притягивает одновременно.

Я усмехнулся, продолжая скармливать шредеру бумаги.

— Ты только сейчас это заметила? — спросил я, не оборачиваясь.

— Нет, просто одно дело — догадываться, а другое — видеть, как ты уничтожаешь людей, даже не повышая голоса, — она покачала головой и добавила с лёгкой улыбкой, — Это было чертовски впечатляюще.

Чертовски… а ведь она не понимает, какая в этом слове ирония.

Я засунул в шредер последние листы, и механизм зажужжал, перемалывая бумагу в мелкую труху.

— Орочи сам себе яму выкопал, — спокойно заметил я, глядя на работу машины. — Я всего лишь подсказал ему, где лежит лопата.

Чоу тихо рассмеялась, и этот звук эхом разлетелся по пустому архиву, отражаясь от железных стеллажей. Она покачала головой, глядя на меня с какой-то странной усмешкой.

— Ты просто невыносим, Кацу, — сказала она, подходя ближе. — Знаешь, что меня больше всего удивляет? Я ведь до сих пор не могу забыть того рыжего придурка, который ворвался в офис с той своей безумной презентацией. Тогда ты казался мне просто забавным и жутко раздражающим, а сейчас…