— И с чего ты это взяла?

— Слухи, обрывки разговоров в коридорах, какие-то странные запросы в системе, — Чоу пожала плечами, будто это было чем-то обыденным. — Я пыталась найти источник, но везде тупик. Либо человек очень осторожный, либо просто слишком могущественный.

— Скорее всего, и то, и другое сразу, — добавил я, задумчиво глядя в темноту архива.

— Вот и я о том же, — кивнула она и придвинулась ко мне ближе. — Одно знаю точно: скоро этот кто-то себя проявит, и вряд ли нам это понравится.

Я спокойно усмехнулся, чувствуя, как внутри просыпается азарт.

— Пусть только попробует. Я уже давно не развлекался по-настоящему, так что лишний вызов мне не помешает.

Чоу тихо рассмеялась и снова прижалась ко мне, обхватив мои плечи руками.

— Ты просто сумасшедший, — прошептала она мне в шею.

— Знаю, — ответил я, целуя её. — Именно поэтому ты меня и хочешь.

Она ничего не ответила, только крепче обняла меня. Мы ещё долго сидели в тишине, слушая, как где-то вдалеке гудит старый кондиционер. Впереди была новая битва, но сейчас в этом пыльном архиве мы были просто двумя хищниками, которые отдыхали после удачной охоты.

В Дзигоку я устраивал крутые шоу с пытками и эпатажем, но детский мюзикл — это что-то новое. Честно говоря, я волновался больше, чем перед войной с Небесами. Смешно, да? Бывший владыка Ада трясётся из-за кучки сирот с картонными драконами.

Театр был огромным и слишком пафосным. Потолок украшали хрустальные люстры, а бархатные кресла тянулись длинными рядами к сцене. В воздухе смешались запахи дорогих духов и денег. Корпорация «Кимура» умела пускать пыль в глаза, превратив простой детский праздник в шоу для богачей.

Я стоял за кулисами и смотрел на общую суету. Техники бегали с проводами, а гримёрши поправляли костюмы детям. Посреди этого хаоса вышагивала десятилетняя Ай. Её розовые кудряшки смешно прыгали, а на груди висел самодельный бейдж с надписью «Режиссёр».

— Нет, так не пойдёт! — её голос перекрыл весь шум, когда она остановила одного из рабочих. — Дракон должен выезжать слева, а не справа! Вы что, вообще сценарий не открывали?

Здоровенный мужик с татуировками виновато опустил голову и начал что-то бормотать. Ай фыркнула, упёрла руки в бока и продолжила раздавать приказы с такой властностью, что даже Кимура-сама бы удивился.

— Ай-тян, может, дашь людям передохнуть, а то они сейчас в обморок упадут? — спросил я, подходя к ней с лёгкой улыбкой.

Девочка резко обернулась, и её лицо сразу засветилось от радости.

— Кацу-сан! — она с разбегу бросилась ко мне и крепко обняла за ногу. — Ты всё-таки пришёл! Я знала, что ты меня не подведёшь и придёшь на премьеру!

— Конечно, я здесь, — я погладил её по голове, чувствуя какое-то странное тепло в груди. — Как я мог пропустить выступление такого гениального режиссёра?

Ай отстранилась и вдруг стала очень серьёзной, нахмурив маленькие бровки.

— У нас всё готово, но Анжи опять разнервничалась, — она кивнула в сторону рояля. — Сходи к ней и поговори, а то она сейчас просто расплачется прямо перед выходом.

Я посмотрел на сцену. За чёрным роялем сидела одиннадцатилетняя Анжи. Она была очень худенькой блондинкой с бледным лицом. Её пальцы дрожали над клавишами, а сама она смотрела в зал, который уже заполнялся людьми, и, кажется, совсем забыла, как дышать.

Я подошёл к ней тихо, чтобы не напугать ещё сильнее, и опустился на одно колено.

— Анжи, — позвал я её почти шёпотом.

Она вздрогнула и посмотрела на меня огромными, полными страха глазами.

— Кацу-сан, я не смогу, — прошептала она, крепко сжимая край своего платья. — Там столько людей, они все смотрят только на меня, я обязательно всё испорчу и ошибусь в нотах.

— Посмотри на меня, — я мягко взял её холодные ладони в свои, стараясь передать ей уверенность. — Ты помнишь, как играла для меня в приюте? Тогда ты была настоящей звездой и совсем не боялась.

— Тогда в комнате был только ты, — её голос задрожал, а в глазах появились слёзы. — А теперь там сотни незнакомых людей.

— Сотни людей, которые пришли специально, чтобы услышать твою музыку, — я заглянул ей в глаза, вкладывая в голос всю свою демоническую силу. — Ты заставишь их плакать от красоты, Анжи. Потому что твоя игра — это настоящее чудо, а чудеса никогда не ошибаются.

Она замерла, глядя мне в глаза, а потом медленно кивнула, и её пальцы наконец перестали дрожать.

— Я попробую, — тихо выдохнула она, всё ещё сомневаясь в себе.