Шрифт:
Люк пожал плечами и поставил возле алтаря маленький табурет.
— Ничего личного, Джекки. Я бы хорошенько оттрахал тебя напоследок, но ты нужна мне изголодавшейся. — От этой мысли его глаза засверкали ещё ярче синим.
Я содрогнулась.
— Не трогай меня, больной ублюдок.
Он улыбнулся и вышел из хижины, снова насвистывая.
Мне конец.
Нужно что-то придумать. И быстро. Просто так я не сдамся. Я потянула цепь, приковывавшую меня к стене, в миллионный раз жалея, что мне досталось сверхъестественное либидо вместо сверхъестественной силы.
Снова послышался свист, и Люк вернулся с двумя палками в одной руке и маленьким ножом в другой. Я тут же застыла, но он лишь сел на табурет и принялся строгать палки.
— Так, — начала я, пытаясь сосредоточиться. — Это ты убил Дрейка?
— Я, — почти весело подтвердил он.
— Почему?
Люк провёл ножом по палке, снимая кору и обнажая светлую древесину. Пожал плечами.
— Пришлось. Я уже встречал его раньше, давным-давно, когда он был намного моложе и не таким отвратительным. — Рассматривая дерево, он улыбнулся. — Наверное, даже лестно, что пьяная ночь со мной так ему запомнилась. Но, увидев меня выходящим из твоего гостиничного номера, он понял, что дело нечисто. А я не хотел, чтобы он меня разоблачил. Поэтому убил.
— Ты вырвал ему горло, как зверь.
Люк даже не шелохнулся.
— Я был зол. Пустил в ход зубы и ногти, чтобы все подумали на вампиров. — Он улыбнулся. — Своего рода предупреждение.
От этой картины меня замутило. А я ещё целовала его в губы. С трудом сглотнув, спросила:
— Значит, всё это время за всем стоял ты?
— Всё это время, — подтвердил он.
— Почему же ты схватил меня только сейчас?
Люк улыбнулся.
— Иначе пришлось бы слишком долго ждать, пока ты умрёшь от голода. — Он полюбовался одной из палок и подмигнул мне. — Теперь ты именно в том состоянии, какое мне нужно. И мне нравится азарт погони.
Прямо серийный убийца.
— Значит, первоначальное проклятие наложил ты?
— Я, — ответил он. — Гениально, правда?
— Почему именно проклятие? — И как оно перешло ко мне? Давай, выкладывай все свои грязные секреты. Может, узнав достаточно, я найду способ всё обратить вспять.
— А почему бы и нет? — Он поднял на меня глаза, поглаживая дерево большими пальцами. — Вытягиваешь из меня сведения, ma belle?
— А почему бы и нет? — парировала я. — Или думаешь, за несколько часов я каким-то чудом освобожусь и сорву твои злодейские планы?
Его губы медленно растянулись в улыбке.
— Вообще-то нет.
Тут мы были единодушны.
Я вздохнула.
— Раз уж я умру, оказывая тебе услугу, ты мог бы хотя бы оказать мне ответную и объяснить, что происходит.
— Справедливо, — с улыбкой согласился он.
Словно мы друзья. Я сжала кулаки, страстно мечтая врезать ему по рту и выбить все эти красивые белые зубы.
— Много сотен лет назад я родился среди рома, — начал он. — Мой народ кочевал и жил бедно, но уже тогда я отличался от остальных. Меня манило то, к чему мужчины-рома не стремились. Красивый дом, богатство. — Он снова посмотрел на меня светлыми глазами. — Власть.
Значит, он родился цыганом.
— На мне цыганское проклятие? — Неудивительно, что Делила не смогла в нём разобраться.
В его лице мелькнула гордость.
— Мои предки прекрасно владели магией рома. А после обращения у меня было много столетий, чтобы усовершенствовать это искусство.
— Повезло тебе. — Мысли лихорадочно метались. Если удастся от него сбежать, может, я найду другого цыганского колдуна, который снимет проклятие.
Если доживу, конечно.
— Так зачем королева велела наложить на меня цыганское проклятие? — Что-то не сходилось.
— Магию рома, — с лёгким презрением поправил он. — Не перебивай меня.
— Прости, — сказала я, изображая раскаяние. — Пожалуйста, продолжай. — А про себя добавила: «Жри дерьмо и сдохни, но, пожалуйста, продолжай».
Люк улыбнулся и вернулся к своим палкам.
— Королева тебя ненавидит, — беззлобно сообщил он.
Можно подумать, новость. Я вытянула ноги и размяла их. От сидения на полу задница уже отваливалась, но всё лучше, чем играть в бинго у себя в голове с кучкой странных мужиков.
— Королева ненавидит всех суккубов.
Он усмехнулся.
— Нет. Тебя она ненавидит по-настоящему. Из-за Зейна.
По коже побежали мурашки. Заслужить вечную ненависть королевы вампиров в мои ближайшие планы не входило.
— Прекрасно. Они с Зейном, надо полагать, очень близки? Он её любимый прихвостень?
Люк удивлённо посмотрел на меня.
— Ты не знаешь? Он принц.
Мир закружился, дышать стало трудно.
— Что?
— Её избранный преемник, — пояснил Люк, забавляясь моим невежеством. — Разве ты не знала?