Ничего не видя от слез, Флора кинулась к дверям. Она никак не могла найти ключ. Кулачками она беспомощно заколотила по двери.

Не говоря ни слова, Чевиот, обогнув стол, оказался рядом с ней. Держа пистолет левой рукой, он обнял ее за плечи. Флора, ослабев от рыданий, уткнула голову ему в плечо.

— Я не подумал, — сказал он. — Теперь коридор должен быть пуст. Мы можем перейти в будуар леди Корк. А теперь успокойся.

Он открыл двери. Когда они выскользнули наружу, Флора отпрянула от него. Чевиот снова запер двери снаружи и опустил ключ себе в карман.

И тут же они столкнулись нос к носу с кем-то еще.

Поднявшись по лестнице, по коридору торопливо шла девушка, которую он недавно где-то видел. Она с усилием несла перед собой большой поднос с холодным мясом и бокалом шампанского.

Широкий подол ее темно-синего платья развевался при движении. Густые светло-каштановые волосы были уложены в прическу «не забывай меня». Когда она удивленно подняла глаза с мягким газельим выражением, он, увидев этот короткий нос и большой рот, сразу же вспомнил ее.

Она танцевала с этим идиотом, капитаном Хогбеном, когда он столкнулся с ними в бальном зале. Она была той девушкой, которая...

Видно было, что она не ожидала увидеть здесь Флору и резко остановилась. Флора сразу же повернулась к ним спиной.

— Вас не было внизу, — пробормотала девушка в синем платье. — Я решила отнести вам...

Она опустила глаза на поднос, содержимое которого вдруг стало так подпрыгивать у нее в руках, что шампанское выплеснулось.

— Мой-папа-говорит-что-я-слишком-много-болтаю-и-это -в-самом-деле-правда-хотя-я-никому-не-навязываю-своего-общества-когда-оно-нежелательно-о-Господи...

Все это она с присущей ей наивностью выпалила на одном дыхании. Девушка всучила ему поднос с мясом и шампанским, так что ему пришлось перенять груз, хотелось ему этого или нет.

— Это очень любезно с вашей стороны, мисс... мисс?..

Времени вежливо раскланиваться с ней решительно не было. Она пробормотала:

— Вы-совсем-забыли-меня-о-Господи-Хьюго-Хогбен-будет-в-ярости, — оставила его с подносом, взметнув каштановыми кудрями, побежала к лестнице, на которой стремительно и исчезла.

Чевиот, отягощенный подносом с холодным мясом и державший в другой руке стакан с шампанским, в то время как пистолет болтался у него на пальце, продетом под спусковую скобу, уставился на лестницу, догадываясь, что бедная девушка ничего не поняла.

Она оцепенела от ужаса, только когда увидела Флору. Конечно, как-то не принято, чтобы мужчина разгуливал по дому с обнаженным оружием. Тем не менее, хотя девушка в синем первым делом увидела пистолет, она не выказала особого удивления.

Она вообще не удивилась.

Хотя, возможно, его профессиональные инстинкты оказывают ему дурную услугу. Он видит намеки и следы там, где их нет и в помине. Но он может обдумать ситуацию, когда присоединится в Флоре в будуаре леди Корк и закроет за собой двери, — если ему вообще будет предоставлено, время на обдумывание.

Ибо Флора сразу же набросилась на него, и в пылу ярости ее красота стала еще ослепительнее.

— Ты специально все это делаешь? — сдавленным голосом спросила она.

— Специально? Что я делаю?

— Как будто ты не знаешь!

— Флора, о чем ты толкуешь, черт побери?

— Ты хочешь вызвать у меня ревность? Поэтому ты все время подкалываешь и мучаешь меня?

— Я так и не пони...

— Он не дамский угодник! — взорвавшись, передразнила она его. — Если ты хочешь сказать, что не строишь глазки, не выступаешь с напыщенным видом, не спрыскиваешь духами бакенбарды, как кое-кто, я могу быть только благодарна тебе. Но можешь ты подумать о своей репутации? Взять хотя бы эту ужасную особу Ренфру. А теперь и маленькая Луиза Тремьян! Подумать только!

— Луиза Тремьян? Эта девочка в голубом? Так ее зовут?

Флора была так изумлена, что лишилась дара речи. Она отпустила ему увесистую пощечину открытой ладонью. Силы у нее было немного, но удар получился хлестким.

Чевиот не шелохнулся. В нем, в котором постоянно жила глупая, но неизбывная ревность к ее покойному мужу, о котором он вообще ничего не знал, вспыхнуло желание отпустить ей ответную пощечину. И, не будь у него заняты обе руки, он так и сделал бы. Флора увидела выражение его глаз и перепугалась.