Панов Вадим Юрьевич
Шрифт:
– Только после твоего возвращения, – тоном усушенной до состояния воблы старой девы отказала фея.
– Вот все вы так, – под нос себе пробурчал боец и, свистнув Урода, вышел на улицу.
Беляево, Рамстор.Здесь всегда было много людей и присутствие полугрузовой «Газели» на стоянке около магазина не привлекло ничьего внимания. Вечерние нервные москвичи стремились внутрь, в свет и тепло, манящее витринами и чистыми – куда там метро, хоть оно и памятник архитектуры – эскалаторами.
Двое грузчиков-челов осторожно вынесли из неприметной двери слева от входа в магазин, небольшой предмет, завернутый в серую ткань. Открыли багажник, положили туда свою ношу, остановились покурить.
Раз-два-три, отсчет начался. В голове Красной Шапки словно затикали большие часы.
Нанятые подставным челом продажные девки начали отвлекать внимание грузчиков.
Пять секунд. Как будто случайно одна из них, брюнетка, застряла тонким высоким каблуком в изрядной трещине поперек тротуара. Взвизгнула натурально, заохала.
Семнадцать. Ее подружка, миниатюрная блондинка, безрезультатно попытавшись помочь подруге, с извиняющейся улыбкой направилась к грузчикам. Те пересмеивались, поглядывая на незадачливую дамочку.
Тридцать секунд – «Отстаем от графика» – подумал Полено. Поглядев друг на друга, грузчики двинулись на помощь попавшей в беду даме. И то верно – когда еще им удастся просто так пощупать за ноги ухоженную молоденькую девицу?
Сорок пять. Дождавшись, когда оба грузчика повернутся к машине спиной, Полено неторопливым шагом вышел из-за автобусной остановки. Не слишком опытная охрана задержалась внутри здания, переглядываясь с хорошенькой юной феей, которая совершенно случайно именно сегодня решила посетить новый магазин знакомых начинающих шасов-бизнесменов.
Шестьдесят две секунды. Взять оставшийся без присмотра сверток – тяжелый, мля, какой!
Семьдесят пять. Сдерживаясь, чтобы не побежать, как крыса, утащившая в зубах кусок пирога со стола, зайти за темную тушу коммерческого ларька.
Девяносто шесть. Просунуть голову в петлю ожерелья – Милорада сказала, что это скроет его от взора магов, да и челам отведет глаза. Дернуть за хвостик застежки. Нажать на крыло небольшой птички, выглядевшей, как потрепанная кошачья игрушка – это сделает незаметными все следы магического действа вокруг него.
И бегом – сквозь все оттенки желтого, присущие осенней Москве. Бегом. Стараясь не наткнуться на внимательных, как мухи на куче отбросов, полицейских – на потрепанном мотоцикле – на северо-восток. Туда, где вольготно расположилась зеленая клякса на техногенном теле большого города. Лосиный остров. Полено остановился на секунду – отдышаться и всосать бутылочку виски – сейчас ему нужно было освежить мозги. Кажется, все складывалось удачно. Урод дисциплинированно прятался под пологом в коляске. Представители полиции в упор не замечали его, даже тогда, когда он нарочно превысил скорость, проверяя надежность амулета Милорады. Он не врезался ни в одну чужую машину. Мотоцикл не заносило и не вело на тщательно расчищенных от палых листьев шоссе. И Полено уверился в том, что судьба сегодня расположена помогать ему.
* * *Дима Квашнов по прозвищу Гусь очень любил деньги. Из-за этого не самого полезного для наемника качества он и не входил в десятку лучших. Но, если наниматели за работу платили щедро, Гусь даже не думал интересоваться ненужными подробностями. И все еще был жив, а это немало значило в мире, полном бандитов, полиции и недоступной челу магии. За небрезгливость Велимир и выбрал в исполнители плана Милонеги этого жадного и удачливого авантюриста.
Гусь уверенно вел машину в потоке, ни на минуту не теряя из вида свою цель – низкорослого лысого байкера на мотоцикле с коляской. С Красными Шапками наемник был знаком уже давно и прекрасно знал, что эти идиоты не представляют собой никакой проблемы для хорошо подготовленного чела. За спиной будущего ограбленного болтался невзрачный кожаный рюкзак, который и следовало забрать для передачи нанявшим Гуся людам. Наемник уже подумывал прижать мотоцикл к обочине и тем заставить жертву остановиться, когда глупый байкер затормозил сам. Вынув из кармана косухи початую бутылку виски, Красная Шапка с наслаждением присосался к любимому напитку. Квашнов улыбнулся и аккуратно въехал на свободный пятачок между чьим-то джипом и мотоциклом. Активизировав вложенный в артефакт «морок», так, чтобы люди вокруг не увидели ничего необычного, наемник вышел из машины. В его правом кармане ждала своего часа непритязательная красная зажигалка, которая должна была извлечь из памяти вонючего коротышки последние пару недель.
Опустошенная, наконец, бутылка упала на мостовую. Красная Шапка с кряканьем вытер губы и положил руки на вилку руля. Квашнов поморщился от мощной волны запаха и неуловимым движением накинул толстый шелковый шнур на шею жертвы. Недомерок вскинул руки к горлу и закашлялся. Потом захрипел. В отсутствии физической силы Диму не мог упрекнуть никто – два раза в неделю наемник ходил тягать штангу в закрытый спортивный клуб на Таганке. Он затянул шнур посильнее, заботясь только о том, чтобы не убить свою жертву – об этом в контракте говорилось особо.
В этот момент из-под полога, небрежно прикрывавшего коляску мотоцикла, выскочила крупная черная собака и молча бросилась на душителя. Гусь растерялся. О наличии собаки его не предупреждали. Пес, по-прежнему не издавая ни звука, молниеносно подпрыгнул и вцепился Квашнову в правую руку. Хрустнула кость. Наемник закричал от неожиданной боли, выпустил из рук шнур и, неповрежденной рукой вытащив из-за поясного ремня нож, ударил мерзкую собаку в живот. А потом еще раз – по оскаленной морде, выбив глаз. Собака взвизгнула жалобно и упала.