Шрифт:
Разумеется, беглец понимал, что виноваты не только гринго. Нет, виновата и продажная полиция его собственной страны, Особенно Федеральная полиция Мексики.
Он гордился тем, что вот уже восемнадцать лет ра-
1 Полицейские власти (иса.).
ботает в Judicial del Estado — полиции штата. Он стыдился бы, если бы был федералом. Федералы никогда не желают помочь полиции штата. Наоборот, все знают, что они готовы продать ее при всяком удобном случае. Они пойдут на все, лишь бы сохранить свой mordida — кусок, который удалось урвать. Свою незаконную добычу, которая, дает средства к существованию всем, даже полиции штата, даже ему самому.
Полицейским-гринго этого никогда не понять. Им не приходится самим покупать оружие, боеприпасы и рации, доплачивать из своего кармана за ремонт полицейских машин, чтобы их чинили как следует. Им не приходится покупать пленку, чтобы сфотографировать место преступления, а потом за свои деньги проявлять ее, им не надо платить экспертам-криминалистам, чтобы те проявили хоть какой-нибудь интерес к расследованию. Даже машинистки ничего не берут с них за перепечатку! Каждый из них может в любой момент сесть к свою огромную новую патрульную машину и ехать, куда вздумается, не заботясь о том, хватит ему выделенного на месяц бензина или нет.
Конечно, им хорошо смеяться над мексиканскими полицейскими — ведь им не приходится жить и растить детей на жалованье, которое на их деньги соответствует жалким пятистам пятидесяти долларам в месяц, — и это в стране, где продукты дороже, чем в Штатах. Где все дороже, кроме разве что платы за квартиру, где экономика уже много лет в кризисе. Им легко называть его и его товарищей бандитами с полицейскими значками только за те, что иногда они берут, — берут, чтобы можно было делать свое дело и прокормить детей.
Беглец ни на минуту не расставался со своей новой голубой кожаной сумкой. Там лежало оружие — не числившаяся в розыске девятимиллиметровая «берет- та». Ее украли на севере, а потом она попала на юг, в Мексику: тот, кто ее украл, был убит полицией штата при попытке вооруженного ограбления. Лежал там
|0ИНш|1МИв|И|||НИАМ
и нож, хороший нож не то швейцарского, не то германского производства — считается, что такие ножи предпочитают иностранные шпионы. Беглец не мог себе представить, как это он вдруг ткнет этим ужасным ножом в живую плоть, но его все-таки уговорили взять нож. Один приятель предлагал ему захватить еще и автомат АР-15 с магазином на тридцать патронов, который у них называют cuerno de chivo — «козий рог». Он сказал приятелю, что это нелепость, — если, уж он не сможет выполнить задание, пользуясь обычным оружием, он ничего не сможет сделать вообще.
Ему было приятно думать, что с этим заданием послали именно его — полицейского, известного своим упорством в преследовании преступников. Но, пожалуй, главную роль сыграло все-таки то, что у него врожденные способности к языкам и что по-английски он говорит лучше, чем кто бы то ни было не только в Мехикали, ко и во всем Нервом полицейском округе.
Вот американских долларов в сумке сильно поубавилось. Это были по большей части очень грязные деньги, конфискованные у торговцев наркотиками и у автомобильных угонщиков. Немного чище те деньги, которые они получили со страховых компаний США, — когда полиция штата возвращает им краденые автомобили б приличном состоянии, ей платят «премию», долларов по пятьсот за каждую машину. Да, такие деньга чуть почище. И все эти деньги собрали и вручили ему, потому что его товарищи хотели отомстить за Хавьера Росаса — хорошего полицейского и хорошего человека.
Беглецу вспомнилось, как он вместе с Хавьером Росасом вел расследование во Втором округе — в Ти- хуане. Они тогда брали шайку бандитов из США, которые пытались ограбить торговца бриллиантами. Одного бандита застрелили, двоих задержали. Хавьер Росас заставил их позировать перед фотографами с
оружием в руках, а потом американские полицейские смеялись над ним. Беглец пытался объяснить Хавьеру Росасу, что гринго ничего не понимают в их жизни, и уговаривал не обижаться. Теперь, читая, как здесь досрочно освобождают преступников, которые душат детей, он думал, что им с американцами, наверное, так никогда и не понять друг друга, хоть они и соседи. Да что там говорить, если полиция штата не доверяет даже собственным федералам. Ему рассказывали, что те самые контрабандисты наркотиков, которые убили Хавьера Росаса, специально крадут для федералов автомобили их любимой марки — «шевроле» с обоими ведущими мостами — и каждый раз, переправляя из Мехикали в Лос-Анджелес крупную партию кокаина, оставляют федералам по меньшей мере один такой автомобиль в качестве mordida.
Беглец спросил себя; а что сделали бы гринго, если бы жертвой такого зверского убийства стал кто-нибудь из их людей? Впрочем, они уже показали, что делают в таких случаях. В 1985 году одного агента секретной службы США похитила банда торговцев наркотиками из Гвадалахары. Они много дней жестоко пытали агента, а его вопли записывали на пленку. Пленку нашли и дали прослушать присяжным, когда в США судили врача-мексиканца, причастного к этим пыткам. И что же сделало тогда Агентство по борьбе с наркотиками? Оно договорилось с Федеральной полицией Мексики, те похитили врача и перевезли через границу, где его арестовала полиция США. А что было бы, если бы мексиканские полицейские похитили гражданина США и увезли его в Мексику, чтобы судить? Очень может быть, кончилось бы новой войной между Мексикой и США, только на этот раз они отхватили бы себе добрую половину страны, до самого Мехико, и сделали бы ее своим пятьдесят вторым штатом. Вот о чем думал беглец, и вот почему выбора у него не было.
Хавьер Росас никогда не задумывался о том, откуда
у федералов берутся автомобили и деньги. Он был честный человек, который всю жизнь хотел быть полицейским. Он проработал полицейским всего шесть лет, а потом его убили. Как-то они вспоминали тот случай в Тихуане, когда чуть не завязалась перестрелка между федералами и местной полицией, окружившей их штаб. Хавьер Росас тогда сказал, что федералам нельзя доверять. Он всегда обходился без них и не сомневался, что они прикрывают перевозчиков кокаина, которых он выслеживал.