Шрифт:
– Выпей, Генри, – предложил Ястреб.
– Ага, – сказал Дюк, – присоединяйся.
– Нет, спасибо, – сказал Генри. – Как дела?
– Хорошо, – ответил Дюк. – Теперь нам можно домой?
– Нет, – ответил Генри. – Вот что меня волнует, это как себя ведет капитан Пинкхэм в последнее время.
– Хорошо, – сказал Ястреб, – хоть в последние дни мне казалось, что я его начал утомлять.
– У него проблемы, – сказал Генри.
– У всех проблемы, – отпарировал Ястреб.
– Не такие, – сказал Генри.
– Что с ним не так? – вклинился Дюк.
– Его жена, – сказал Генри.
– Не повезло, – сказал Ястреб, – но ведь это он на ней женат, а не ты. Так почему он тебя волнует.
– Ага, – сказал Дюк.
– С тех пор как он прибыл сюда, – сказал Генри, – он получает от жены письма, где она говорит, что не может жить с его родителями, что ей кажется, что ребенок болен, а доктору так не кажется, и почему бы ему не вернуться и не избавить ее от проблем. Чертова дура думает, что парень может легко свалить отсюда в любое время, когда ей приспичит.
Двое Болотников молчали. Генри переводил взгляд с одного на другого.– Давайте, ребята, – сказал он. – Вы всегда что-нибудь придумываете. Что мне делать, черт побери? Не думаю, что меня сюда прислали заправлять детским садом.
– Эт-та, будь я на твоем месте, – сказал Дюк, – я бы ничего и не делал.
– Конечно, – сказал Генри. – Вам легко говорить, но я же тут госпиталем заведую, а вы сами в курсе, как трудно найти замену и заодно держать в форме тех, кто уже есть. Этот парень только стал втягиваться в процесс, а на этой неделе он получил целых четыре письма, все о том же, но каждое хуже предыдущего. Она его с ума сведет.
– Ну, я не знаю, – ответил Ястреб.
– Я тоже, – сказал Дюк.
– Большое спасибо, – буркнул Генри, уходя.
На следующий день капитан Пинкхэм получил еще одно письмо от жены. Еще более безысходное. На этот раз он никому о нем не сказал, а в 2 часа ночи Ястребу, наблюдавшему за капитаном, стало понятно, что Пинкхэм старается сконцентрироваться на работе, но у него ничего не выходит. Между операциями он переговорил с Дюком и они привели капитана Пинкхэма в Болото, дали ему пива и спросили:– В чем проблема? Мы можем помочь?
Капитан Пинкхэм показал им письмо. Прочитав его, они проводили капитана в свою палатку, дали ему снотворное и сказали:– Спи, и не переживай о работе.
На следующий день капитан Пинкхэм проснулся, все еще проткнутый вилами проблемы, которую смог бы вынести лишь человек с железными нервами. А у капитана Пинкхэма не было железных нервов. Два дня спустя, ко всеобщему облегчению, пришло спасение. Оно пришло к полковнику Блэйку через Красный Крест и Армейское ведомство в виде приказа экстренно отозвать капитана Пинкхэма домой. Его жена рехнулась и ее поместили в частную психиатрическую клинику. Два хирурга из Болота обнаружили, что утратили капитана Пинкхэма, показавшего себя старательным и способным учеником, и теперь были особенно милы с капитаном Расселом, скучавшим по приятелю еще больше. Между собой парочка перешептывалась, как бы они справились с такой бедой, случись она с ними, но оба сомневались. Они возблагодарили судьбу за жён, не достававших их на расстоянии 9000 миль , сели и написали одинаковые письма: «Дорогая. Я тебя люблю. Ты мне нужна. Надеюсь, ты меня любишь и ждешь. Если да, то через две недели я могу быть в твоем распоряжении. Просто следуй этим простым инструкциям: 1. Сойди с ума. 2. Извести об этом Красный Крест. Люблю…15
– У меня приказы на вас, разгильдяи. Отправляетесь через неделю.
Дюк и Ястреб подпрыгнули, засмеялись, крепко обняли Генри, потом обняли друг друга. Копьеносец, которому оставалось еще два месяца до увольнения, тепло поздравил их. В дальнем углу палатки Ловец Джон Макинтаер, которому оставалось еще 6 месяцев рабства, лежал на койке и рассматривал потолок. Последняя неделя показалась бесконечной. Подготовка к отъезду заняла совсем немного времени, невзирая на значительность события, так что на Болоте было тихо. Наконец Дюк и Ястреб отправились на последнее дежурство, и то, что требовалось от них в операционной, вернуло их с небес на землю. Артериальные ранения не были необычными для госпиталя, но этой ночью им достались сразу два. Пытаясь спасти правую ногу солдатика из Топеки, штат Канзас, и левую ногу Томми из Бирмингема, Англия, Дюк и Ястреб сделали две пересадки венной ткани, чтобы закрыть дырки в артерии, пробитые артиллерией косоглазых. Когда закончилась смена, они направились к Болоту, уставшие, взвинченные и удрученные. Они только что провели две операции на ногах двух мальчишек, которым их ноги несомненно были очень важны, и уходили зная, что, по всей видимости, они никогда не узнают судьбу этих конечностей. В Болоте их ждали двое коллег, с уже откупоренными бутылками. К 11 утра они по третьему разу строили планы как только представится случай встретиться в Штатах, разумеется с Копьеносцем и Ловцом Джоном, когда и те получат увольнительные. В тайне каждый подозревал, что планам этим не суждено осуществиться.