– Можно прошвырнуться, только давай разберёмся.

– Оно тебе надо? Успеем.

В это время на другой электричке точь-точь такой же, только ехавшей минут на десять, пятнадцать позже, ехала ЛАРИСА.

– И куда это все прут, какого хрена им дома не сидится? А вы куда всперлись, я, вас, что везти нанялась!?

Она была всем возмущена.

Ну мне понятно, думала она учеба, а эта старая дура, ей в могилу, а она тачку такую загрузила, что Шварцнегеру не уволокти. А этот козел старый.

– Молодой человек не дышите перегаром.

– Как ты разговариваешь с женщиной!?

– Какая я тебе сука!?

Парень был не рад, что тронул эту невысокую, полную женщину лет 35, с пышными до плеч, русыми волосами.

Лариса была довольна, что она в центре внимания. Ей очень нравилось, когда внимание выпадало на нее. Она привлекала его своим шумом.

– Так граждане, мне скоро выходить! Громко оповещала она.

– Посторонитесь, и дайте пройти!

Она перла как на буфет. Каждый, попадавшийся ей на пути, не был обделен ее вниманием.

Сидевших, она тоже успевала заметить, разговаривая с теми, кого лихо расталкивала. Она успевала, замечать красивые вещи на женщинах, проанализировать внешность и половые способности парня сидевшего у окна.

Электричка остановилась.

Лариса как-то своеобразно полу-вывалилась, полу-спрыгнула. Но у нее это вышло вполне прилично, даже с каким-то изяществом.

– Козлы вонючие!
– Бросила она, сама не зная, кому это было адресовано, подняла сумки, и пошла по дорожке, по которой ровно десять минут назад прошли Вовка с Саньком.

Общага начала оживать, как улей, если после пасмурных дней, наступал теплый и солнечный.

Приехавшие получали у комендантши ключи от комнат и постельное.

В двери общаги с сопением, вспотевшая, ввалилась, еле таща большие сумки, малышка-толстушка. Она вся бойкая и на понтах вошла к коменданту. Все, что она делала, получалось с шумом, разговор весь с понтом и вообще вся на полусерьезе своего какого-то умняка, не всем понятного.

Осведомившись о прибывших, успела спросить новости и рассказать на ходу свои, даже не слушая того, что ей ответили, она уже с шумом поднималась на второй этаж.

Лариса вошла в комнату. Там уже была ИРКА.

– О! Привет!

Лариса поставила сумки, и они поцеловались.

Они разговаривали. Их разговор был пересыпан отборным матом. Каждый может представить, как звучало, устала… и, что было высказано про электричку, и про все, что было связано с поездкой. На половину это было в рядок, а на половину просто не нужный мат.

Ирка воспринимала это нормально с привычкой, и улыбаясь.

Когда Лариса закончила свой длинный монолог, в котором был обматерен муж, который не приехал из рейса, до ее отъезда, и она голодная как сука, будет ждать еще до субботы. Была обматерена свекровь, и нашкодивший в школе двенадцатилетний сын.

Ира, закурив сигарету, тоже возмущалась своей поездкой, но гораздо в легшей форме. Ей было легче, потому, что она спала с мужем.

– Ну, что после дороги перекусим.

Лариса расстегнула сумку и начала вынимать из нее продукты.

В дверь постучали.

– Войдите!

Вовка с Саньком вошли.

– Привет девчонки!

– Здравствуйте мальчики!

– Как дела красавицы!?

– Как легла, так и дала!

– Ну, Ларик ты молодец никогда не унываешь!

В ответ последовал мат и пару слов о том, что унывать вредно для сексуального здоровья.

– Кушать мальчики будите?

– Ну да. Только мы сей час, через пару минут.

Парни вышли и направились в центр поселка. Там в киосках навалом спиртного.

Лариса размещала пожитки, не переставая разговаривать. Ира накрывала на стол. Двери отворились, вошла, улыбаясь девушка.

Привет!

Она обнялась и поцеловалась с Ларисой, потом с Ирой.