– Он старше, – пробормотал Берг.

– Ну и что? Ты учти, малыш, – покровительственно сказал Герман, – здесь никто скидку на возраст не делает. Ты имел полное право защищаться, тем более что он обознался. Да и вообще этот Макс – психопат, по-моему!

– Да, конечно, синьор, – осторожно проговорил юный кадет. – Я буду знать.

– Ну, присмотрись пока, что да как. – Герман вдруг подмигнул ему и потрепал по плечу, рассеяв с крыльев несколько крупных капель. – А мне на свидание пора. Если будут проблемы, заходи в гости, помогу. – Он кивнул на ближайшую к лестнице дверь. – Ты Макса не бойся, он хоть и наглый, а слабак, только с малышами и дерзкий.

– Хорошо, – улыбнулся Ален. – Здесь есть девушки?

– Эй, а тебе не рано? – рассмеялся Герман. – Не успел родиться, а уже сексом интересуешься.

Берг хотел похвастаться свои первым кладбищенским опытом с Викой, но осекся и вместо этого смущенно улыбнулся.

На первом этаже он опять притормозил, прислушиваясь, однако долго так стоять ему не позволил громкий голос Наташи, которая высунулась из-за своего барьера и жгуче вскричала:

– Как устроился, Фриц? Прокл уже был у тебя?

– Спасибо, хорошо. Он принес мне белье.

Берг ненадолго задержался возле вахтера, чтобы не выглядеть невежей, хоть и опасался расспросов – что, мол, случилось и почему Макс повел себя так агрессивно? Понятно, сидеть так у входа и провожать взглядом спины кадетов – занятие не слишком веселое, вот и приходится приставать ко всем с разговорами, чтобы скрасить дежурство.

– А часы? – не унималась она. – Ходят?

– Конечно, фройлен.

“Спросить ее про персонал или нет?” – Ален заколебался, не желая сразу поссориться с Наташей. Это было бы жестоко, ведь убежать, как кастелян, ей некуда, и увильнуть от ответа ей будет непросто. Поэтому он промолчал и быстро вышел из дома.

Светлая полоска под крышей лектория стала чуть-чуть тоньше: солнце еще ниже опустилось к горизонту, добавив резкости теням и прохлады – воздуху. Сгорбленная фигура Шамиля вдалеке равномерно двигалась, выкачивая из-под камней воду; кроме нее, в поле зрения имелись и другие люди.

Между аккуратным, желто-черным зданием по правую руку – Резиденцией – и приземистой сторожкой, где сидела Рыжик, виднелся проход в парковую зону Обители. Там сгрудилось несколько кадетов, в том числе, кажется, женского пола. Но они быстро пропали за чугунной оградой. Еще двое сотрудников вышли из Хранилища и разделились – один свернул в Резиденцию, другой, сильно хромая, пошел прямо к Бергу. Никаких знаков он не делал, и вообще смотрел под ноги, так что Ален счел за лучшее заняться своими делами, а не пялиться на него.

Еще несколько пар, все однополые, прохаживались по обширному двору между оградой и общежитием кадетов.

Взойдя по протертым ступеням к высокой, массивной двери в лекторий, Берг оттянул ее на себя и проскользнул в гулкую тишину, разбив ее своими осторожными шагами.

Спиной к нему, на расстоянии трех-четырех метров, стоял упитанный человек и рассматривал некий стенд с приколотым к нему листом бумаги, испещренным столбцами символов. Вздрогнув, он обернулся, и тотчас его полная фигура расслабилась, а нижняя челюсть отвалилась, явив Бергу толстый розовый язык и кривые зубы.

– Салям, – проговорил незнакомец, кланяясь и отодвигаясь от стенда. – Ты новенький?

– Как ты догадался, товарищ? – насупился Ален.

– У тебя вид растерянный. Я таким же был пять дней назад, когда пришел в Обитель. – Он с усилием сдвинул челюсти, будто спохватившись, но ненадолго. Очевидно, держать их в таком положении ему было слишком трудно. – Я Данила, а ты кто?

– Э… Фриц. Это расписание занятий? – поинтересовался Ален.

– Да, завтра первый урок.

Текст был разбит на десять параграфов, каждый из которых венчался заголовком: “1-й день”, “2-й день” и так далее.

– Сначала медосмотр, – с гордостью заявил Данила, демонстрируя Бергу внушительный, готовый лопнуть бугор между лопаток. – У меня уже почти прорезались. Тебе-то, конечно, пока нечем похвалиться, ты здесь первый день.

– Я не по дням развитой, – возразил юный кадет. – Мне Павлик сказал.

– Па-авлик? – уважительно протянул толстяк. – Ты где живешь?

– На третьем этаже, примерно посередине.

– Вот задница, а меня в самый конец запихали! – обиделся Данила, бурно взмахивая руками, так что Берг на мгновение вообразил, будто ему собираются залепить по туловищу кулаком.

– Поспешил ты родиться, – сказал он.

– Пожалуй, – с выражением сильного сомнения на круглом лице протянул толстый кадет. – Зато я узнал много интересного.

Берг усмехнулся и задал свой любимый вопрос:

– Хорошо, раз ты такой знающий, назови мне обслуживающий персонал Обители.

– Вахтер, регистратор, водонос…

– Ну-ну.

– …Кастелян, смотритель, оружейник, садовник, хранитель, фонарщик, комендант лектория… – Данила задумался и неуверенно продолжил: – Не знаю, можно ли препозитов считать персоналом.