– Тело было украдено ночью, конечно. Спустя только один день после похорон.

– Сколько ему было лет? – спросил Ленуар.

– Господь призвал его в девять лет, – в голосе священника звучала скорбь.

Коди был потрясён. Может ли это быть простым совпадением?

– Мальчику из Брейкенсвейля тоже было девять, инспектор.

Ленуар, казалось, не слышал. Он внимательно рассматривал место захоронения.

– Улики были уничтожены.

Священник был непримирим:

– Вы не нашли бы ничего, инспектор. Следы и работа лопатой – не более.

– Как этот парень умер? – спросил Ленуар.

– От лихорадки.

– А где его родители?

– Недалеко отсюда, – сказал Брайер, желающий помочь. – Я могу отвести вас к ним, если хотите.

* * *

Они провели в Норт Хейвене весь остаток дня, но так и не обнаружили ничего стоящего. Так, по крайней мере, сказал Ленуар, но Коди считал, что они могли проглядеть что-то важное.

– Мальчики были одногодками, – заметил он на обратном пути в Кенниан. – Это должно что-то значить.

– С чего бы это? – безразлично поинтересовался Ленуар.

– Ну, это не может быть совпадением.

– Конечно, может, сержант. Вор трупа, очевидно, заинтересован в свежих органах тех, которые еще не разложились. Мне кажется, что мы имеем дело с философом такого вида, который использует тела в целях исследования. Он ищет мертвого ребенка, а потом выкапывает его. Два ребенка в возрасте девяти недавно умерли, таким образом, он выкопал двух детей в возрасте девяти. Это не имеет значения.

Как правило, Коди не видел большого смысла в спорах с людьми, которые уже приняли решение, тем более с Ленуаром. Но он не собирался сдаваться без борьбы.

– При всем уважении, инспектор, разве не вы учили меня тому, что каждая деталь имеет значение?

– А еще я учил не позволять себе завязнуть в них, – напомнил Ленуар. – Нужно учитывать мотив. Если вы не сможете объяснить, почему было совершено преступление, то никогда не раскроете его. Необходимо увидеть полную картину, историю, которая скрыта за ней.

– Но ведь именно это я и пытаюсь сделать! Может нет никакой системы, но может она и есть, и мы должны попытаться увидеть её. Созвездие или просто россыпь звезд – всё зависит от того, кто на них смотрит.

– Как же вы любите выдавать подобные избитые банальности в своём стиле, – усмехнулся Ленуар. – Вы хоть сознаете, каким романтичным глупцом выставляете себя?

Они погрузились в ледяное молчание.

«Если я и романтичный глупец, – думал с горечью Коди, – то ты ленивый ублюдок».

Ленуар не хотел видеть закономерности в происходящем – это значило бы выработать какой-то план действий, которому им пришлось бы следовать. Если догадка Коди верна, они могли бы дождаться подходящего случая смерти какого-нибудь девятилетнего мальчишки, а затем сторожить его могилу, пока не появиться похититель. Только Ленуар, как обычно, не был заинтересован в расследовании.

Коди не знал, сколько еще он сможет справляться с гнетущим его разочарованием. Он намеренно просился служить именно под начало Николя Ленуара, потому что тот считался едва ли не живой легендой. В своё время Ленуар приложил много усилий, чтобы превратить полицейскую службу города в профессиональное подразделение. В сущности, он практически основал Департамент, перестроив его по модели прославленной префектуры полиции своего родного города Серлеса. Покончив с этим, Ленуар отважился на грубую, но эффектно успешную атаку против целого клубка криминальных сетей Кенниана. Вместе с сержантом Креарсом (ныне констебльем Креарсом) ему удалось разрушить крупнейшую в истории города преступную организацию, вернуть имущества на сумму почти в миллион крон и арестовать самого известного крупного босса города. В итоге, Креарс пошел на повышение, а Ленуар получил благодарность от лорд-мэра.

Но те дни уже давно остались в прошлом. Заполучив должность главного инспектора, Ленуар больше не видел необходимости проявлять себя. Он все еще участвовал в ловле крупной рыбы, но чаще просто создавал видимость деятельности. Блестящий следователь – Коди не раз становился свидетелем вспышек его гения – Ленуар, по большому счету, был циничным и равнодушным человеком, и Коди подозревал, что это далеко не худшие его качества. Таким образом, вместо того, чтобы дать толчок его карьере, работа в качестве заместителя Ленуара вынуждала Коди топтаться на месте, не оставляя надежды на по-настоящему громкое дело. Просто потому, что Ленуар всегда сдерживал его порывы.

Только не на этот раз.

Коди нарушил молчание:

– Понимаю, этот случай, вероятно, не кажется вам достойным внимания, – сказал он с холодком в голосе, – но если вам все равно нет до него дела, я хотел бы заняться им основательнее.

Ленуар взглянул на него краем глаза с невозмутимым выражением лица:

– Как пожелаете, сержант, но это лишь пустая трата вашего времени. Вы ничего не найдете.

«Может и нет, – согласился в душе Коди, – но я, по крайней мере, хочу увидеть.»