Лисица подняла мордочку, понюхала струю запахов, исходящих из дула ружья.

И... засмеялась, затявкала издевательски.

Неужели, она унюхала дробь и поняла, что в патроне нет пули?

Легенды о Сент-Тропе, истории о лисах-оборотнях, танцующая Большая Выдра (не выдра танцует, а население!), - всё меня оглушило пустым мешком.

Острые кромки страхов затупились.

Лис увидел, что я не пою, не танцую и не собираю картины фламандских мастеров, поэтому вильнул белым пятном и неторопливо побежал от меня.

– Постой! Где лисица - там вода!

Вы, звери, водопой чувствуете за сто километров!

Я - гениальная девочка - не покушала в деревне и не пила, предусмотрительная самолюбивая корова!
– Двинулась следом за лисицей.

Взять лисицу в проводники - затея еще более фантастическая, чем с ней беседовать.

Лис (или лиса) не торопился - либо щадил моё детское здоровье, либо никуда сам не спешил, бухгалтер леса.

Да, развелось, понабежало к нам лисиц - ногу поставишь - на лису наступишь.

Лисица по-собачьи обнюхивала некоторые кустики, интересовалась их ароматом.

Иногда замирала гончей в стойке, поднимала переднюю лапу, а затем срывалась.

Мне приходилось бежать, а потом лис останавливался, вкапывал себя в листву, пережидал.

На тропинку он меня не вывел, брезговал человеческими тропами.

Утро не приходило, ждало, пока я свалюсь в горячке или заражусь бешенством от лисицы.

Примерно, через три часа марафона, лис исчез.

– АУ! Лисица! Где водопой? Колодец с живой водой?
– я аукала, охала, пожимала волшебными плечами.

Я красавица, а прелестненькая девушка - по законам леса - никогда не останется одна.

Сейчас ко мне выйдет Принц вместо лисицы, или лис обернется купцом.

Накормит, напоит и на курьерской ракете отправит в МОЙ Мир.

– Лишь бы в Мир Иной не выкинули вперед ногами!
– Я нарочно грубо вслух пошутила, чтобы нервы не засохли веточками сельдерея.

Принцев нет, поклонники мои остались в магазине.

Лисица посчитала свои дела более важными, чем помощь анимешке в платье из туманного прошлого.

Я представила себе дальнейшую жизнь на ближайшие сто лет.

Ружьё с одним патроном - смех галкам, и я его выброшу.

Платье со временем истреплется о кусты, останется в моей памяти.

С ножом я не пропаду... не пропаду быстро.

Из шкур убитых зверей нашью бальных платьев!

Не верила еще, как одна, с ножом выйду на медведя или на стаю волков, но уже видела себя в меховой шубе из неубитого медведя и в кожаных самодельных сапожках.

Пищу придется употреблять только сырую: грибы, ягоды, дикие яблоки и груши, рыбу, устриц, и млекопитающихся.

От дикой и нездоровой пищи волосы мои удлинятся до десяти метров.

Иголки и сучки исцарапают кожу, превратят меня в одну большую мозоль.

Лицо окаменеет, а пальцы станут сучками!

Я отшвырнула картины из воображаемого будущего.

С чертыханиями злой падчерицы обошла кусты и наткнулась на одинокую избушку.

Не пряничный домик из сказки, а - жилище для одного непритязательного холостяка.

– Спасибо, лисица, что меня привела к избушке!
– произнесла громко, чтобы лис, если подслушивал, услышал мою пламенную благодарность.

В окошке избы горел свет - загадка.

По моим подсчетам сейчас около трёх-четырех часов ночи или утра.

Люди в это время обязательно спят, ждут зубную фею. Ещё одна шутка! О фее с зубами и для зубов!

Я приободрилась курочкой на насесте.

Лес не послал мне Принца освободителя, но и не оставил рыдать одну во мху.

Возможно, что в этой избушке прожигает жизнь танцор, собиратель картин и самоваров.

Но он - лучше, чем прогулка с интеллектуальной лисицей профессоршей по ночному лесу.

Осторожно постучала в дверь и сразу отпрыгнула белкой влево.

Не исключено, что в избушке цепляется за жизнь одинокий свихнувшийся старичок-воин.

Шандарахнет из карабина через дверь - собирайте люди, меня по частям.

Ответ из избы я не получила.

Осмелела и снова кулачком пощекотала дверь.

На этот раз не отпрыгнула, не изображала из себя чайку, летящую над болотом.

Вдруг, в избе затаился маньяк?

Убежал от людей, прячется от правосудия, а я сама к нему в гости пришла.