Приняв решение, Павел надел пиджак, обулся и вышел из квартиры.

В этот раз на территорию больницы его в автомобиле не пропустили. Пришлось припарковаться и пройти пешком. В вестибюле уже не было так пусто и тихо, как ночью. Несколько человек суетились, громко разговаривали, чего-то требовали. За стеклом регистратуры тоже велась активная работа, и кроме Гали, там присутствовало ещё две девушки.

Павел прошёл ближе к окнам и через головы двоих впереди стоящих мужчин позвал:

– Галина!

Обернулись все, в том числе и Галя. Девушка, конечно же, узнала молодого человека, улыбнулась, помахала ему рукой. А спустя минуту вышла к нему в вестибюль.

– Я не ожидала, что вы приедете. Но рада вас видеть.
– Синие глаза и не пыталось скрыть эту истинную радость.

– Мне не спалось. Я всё думал о том парне... Почему-то сильно переживаю за него...

– Это нормальное состояние для человека, у которого добрая душа.

– Вы думаете?
– Павел чувствовал себя неловко под открытым взглядом молодой девушки.
– Как он? Никто его не разыскивал?

– Нет, звонков не было. По крайней мере, на наш телефон. А полчаса назад парень ещё спал. Может, и сейчас спит. Он пока в отдельной палате, один.

– Значит, беспокоиться не о чем?

– Не о чем.

Раз всё хорошо, то можно уйти. Однако какая-то неясная тревога вновь тяжело осела в душе, прижала совесть, заставляя её ворчать. Откуда она и зачем? И как от неё избавиться?

– Я смотрю, у вас здесь настоящее столпотворение, - рассеянно заметил Павел.

– Да, привезли на "скорой" сразу двоих пациентов. Да ещё и с родственниками, - охотно прокомментировала Галина.
– Одного уже оформили, второй вот только прибыл.

– Значит, вы заняты? А я хотел... Можно ли мне как-то увидеть того парнишку?

– Увидеть? Вообще-то, в такое время у нас посетителей не пропускают...

– Да, я понимаю, - смирился Павел.

– Приходите после девяти.

Да, конечно. Правила есть правила. К тому же и волноваться-то не о чем. Павел отступил к выходу. И всё же... тревога... всё та же тревога заставила мужчину встрепенуться, вернуться и с жаром выпалить:

– Я не знаю, зачем мне это нужно. Но я должен его увидеть. Мне надо убедиться, что с ним и вправду всё хорошо. Что ему есть куда возвратиться. Что там о нём позаботятся. Пожалуйста, Галя, проводите меня к нему.

Кажется, именно в этот момент Галина поняла, что перед ней самый замечательный, самый лучший мужчина на всём белом свете. Она, конечно же, ему поможет. Она станет его другом, помощницей... Она сможет. А потом... потом... Ох! Девичьи мечты легко расправили белоснежные крылья и смело взмыли в розовые облака романтики.

Накинув мужчине на плечи белый халат, Галина повела его по лабиринтам и лестницам больничных коридоров. Вот и нужная палата. Девушка открыла дверь, пропустила Павла, после зашла сама.

– Что вы делаете?!
– тут же ужаснулась она.

Наряженный в серую больничную пижаму блондин сидел на узкой кровати и разматывал бинты на своей голове.

– Зачем вы снимаете повязку?

Спешно подойдя к пациенту, Галина попыталась остановить его действия, однако, была категорически отстранена.

– На хрена ты мне башку замотала?!
– хрипло рявкнул блондин.
– И где мои шмотки?

– Ваша одежда никуда не делась, вот, лежит на стуле. А вам сейчас необходимо лежать и сохранять спокойствие. У вас сотрясение мозга.

Но блондин, казалось, ничего не слышал. Сняв бинты, он равнодушно посмотрел на тампон с небольшим красным пятном.

– Почему я в больнице?

– Вас сбил автомобиль.

Блондин поднял тяжёлый взгляд, оглядел озабоченную девушку в голубой спецодежде, серьёзного мужчину в белом халате. Автомобиль сбил? Ещё не окончательно протрезвевший разум выдал кадр - два ярких круга фар среди чёрной ночи. Да, наверно, это правда.

– Ты врач?

Голубые глаза впивались в свою цель, словно две острые льдинки, Павел даже физически почувствовал их царапины.

– Я тот, кто тебя сбил, - ответил он.

– Да? А почему не насмерть?

– Так получилось.

Блондин откинул повязку и смачно сплюнул на пол.

– Сейчас отвезёшь меня туда, куда я скажу, - распорядился он.

Павел смотрел на парня и не понимал, что всё-таки заставляло его тревожиться за это пьяное хамло? Почему совесть так настойчиво терзала душу переживаниями? Разве это бедный несчастный мальчик, которому нужна помощь? Да он сам кого угодно обидит и даже не задумается.