Я замер. Он смотрел на меня с какой-то странной ухмылкой.

Не это ли оборотная сторона его резкой доброты? Уж, слишком услужлив он стал со мной. Слишком хорошо относится ко мне. Всё это кажется мне сплошным обманом. Но я не должен показывать и вида. Может быть, он видел, что это я за ним бежал тогда ночью. И теперь, боясь, что я расскажу об этом, пытался меня всячески задобрить. Он думает, что и я его видел. Но я не успел разглядеть лица убегавшего. Действительно, после того, как я поиграл в догонялки с тем, кто был под окнами дома Стэнфордов, Гиена, всегда так сильно ненавидевший меня, резко переменился на спокойного добряка. И только ко мне. Я должен быть настороже с этим человеком. Слишком мутный тип.

После того, как я доделал свою работу и запулил в окно торт, который оказался ужасным на вкус, я спустился вниз.

Я болтался среди канцелярских крыс. Но никто не хотел со мной поговорить. Все были чем-то заняты. Даже охранник копался в каких-то бумагах. А мисс "справочная" ушла на обед.

Я вышел на крыльцо, и присел недалеко от входа. Я достаю свой старый телефон. Я заряжаю его уже несколько раз в своём офисе. Мне нужно было как-то созваниваться с Пандой. Сколько пропущенных звонков от Джи.

И тут я резко набираю его номер и звоню...

~~- Ты не пришёл, хотя обещал - кричал на меня невидимый Джи из воспоминаний.

– Ну, да - отвечаю я - я соврал.

– Соврал?! Тебя этому научили твои старые дружки?
– Возмущался Джи.
– Со мной так не пройдёт.

– А как пройдёт?
– пробурчал я.
– Какая разница, каким мне быть?

– За это тебе ещё десять штрафных отжиманий.
– сказал Джи.

– Я не буду этого делать. Как и плясать под твою дудку.

– Ты потом скажешь мне спасибо. Я лишь пытаюсь помочь тебе.

– Мы приехали сюда, чтобы начать новую жизнь - говорю я.
– И это так глупо. Уже две недели мы не можем найти работу. И я всё время должен заниматься этими упражнениями, когда другие хорошо отдыхают по вечерам, в хорошей компании.

– Да, тебя сильно изменили - говорил Джи.
– Но я тебя не тянул за язык, когда ты соглашался ехать со мной. Так что будь добр, иди и отожмись!

Но я стоял как вкопанный.

Джи подошёл ко мне вплотную и врезал мне в лицо.

– Это за враньё!
– Сказал он, потирая руку.
– Неужели, тебе от самого себя не тошно?

– Джи, просто всё не так, как я ожидал.

– Я знаю. Но что я могу сделать? Мы что-нибудь придумаем. Всё наладиться, вот увидишь. Я не буду тебя заставлять тренироваться. Но если захочешь, то ты знаешь, где меня найти.

– Нет, Джи, я хочу. Это полезно для организма. Давай пробежимся?

Мы уехали. Но лишь сменили обстановку, а не самих себя. Чтобы что-то сделать над собой, нужно самому ковать свою суть. Джи был прав, постепенно всё стало налаживаться. Это была не новая жизнь, как мы хотели. Но, всё же, это было что-то новое.

– Мужчина должен всегда отвечать за свои слова - говорил мне Джи, когда мы, уставшие, шли по парку.
– Даже если ты виноват, умей смело принять это. Чувствуешь?

– Что?
– спросил я.

– Эту приятную боль после тренировки?
– улыбнулся он.
– Это значит, что день прошёл не зря. Может быть, и правда, немного погуляем?

Здесь было много молодёжи. Все проходили мимо нас не торопясь.

– Давай купим сока?
– предложил Джи.
– Так хочется пить.

И вот мы идём за соком. Всё это так отчётливо выделяется в моей памяти.

Этот городок был не таким уж большим. И больше походил на деревню. Однако, здесь были районы, которые даже превосходили наш город. Мы гуляли по набережной, знакомясь с девушками, либо сидели где-нибудь в тени, когда было невыносимо жарко.

Иногда, купались. И я часто обгонял Джи, когда мы плавали наперегонки.

– Ты молодец!
– кричал мне тогда Джи.

Что же по части девушек, то я не знаю, что случилось со мной. Я знакомился, встречался с ними. Даже потерял девственность. И всё на этих просторах. Но я был каменным, и не испытывал никаких чувств. После Лори что-то перещёлкнуло во мне. Я гулял, и видел, что рядом гуляла совсем неплохая девушка. Но как я ни пытался, я не мог пробудить никакие чувства. Мне нравилась внешность, нравились параметры девушки. Мы хорошо общались. Но на этом всё останавливалось. Причём, Лори я совсем забыл, и не вспоминал про неё. Моё сердце было открыто для новых авантюр. Но во мне как-будто что-то умерло. Мне жаль, что тогда со многими ничего так и не получилось. И мне жаль, что я причинил боль некоторым из них. Но, повторяю, я не мог ничего с собой поделать. Я не хотел создавать семью с теми, с кем не мог представить её. И дело было во мне.

Секс удовлетворял лишь мои животные инстинкты. Это были лишь дневные желания. Тогда как чувство опустошённости, казалось, преследовало меня повсюду. Я понимал, что мне нужно нечто большее. Нужный человек, что зажёг бы во мне некую страсть. Все эти глупости про то, что счастье есть, меня не устраивают. Но во мне была какая-то тяга, некая потребность чувствовать себя живым и удовлетворённым. Тренировки с Джи способствовали этому. Эта боль после них во всём теле показывала мне то, что я ещё жив.