– Нет, Убийца. Это моё имя на кретацийском. Записанное иероглифом. 'Грива Тени', - он смахнул ещё больше пыли и мусора, очищая последовательность маленьких рунических букв.

Ульрик промолчал, ожидая продолжения.

– Это предупреждение. Ночной Клинок мёртв.

Голос Острого Языка донёсся эхом через все прошедшие годы, отдаваясь в мыслях Рагнара. 'Удача закончилась, Чёрная Грива. Удача всегда заканчивается'.

– В городе есть Расчленители. По крайней мере, были. Нам нужно добраться до южных прометиумных заводов.

– Почему мы должны двигаться туда, сир?

Рагнар оскалил зубы в печальной утомлённой усмешке.

– Именно потому, что так гласят эти знаки. И потому, что это будет реальная задача, включающая большее, нежели бег, прыжки и сражения в слепой тьме, пока не умрёт последний из нас. И потому эта задача выглядит привлекательной. Собирай стаи, Убийца. Мы выходим на охоту.

На Ночного Клинка и его разведчиков они натолкнулись вскоре после того, как обнаружили остатки их следов. Их распятые тела свисали со скульптурной группы сухой чаши центрального фонтана на площади. Промышленные цепи приковали мёртвых Волков к ровной и целёхонькой кадианской резьбе по камню. Каждый погибший космодесантник был обмотан цепями, облит прометием и сожжён заживо, словно еретик. Их тела висели, словно почерневшая шелуха. Их осквернение было полнейшим и безысходным - после такой гибели невозможно было извлечь геносемя, даже если бы Рагнар и его воины успели прибыть к месту казни Скаутов спустя несколько часов, а не дней.

Рагнар отвернулся от осквернённых останков, когда-то бывших пятью самыми старыми и опытными ветеранами Роты. Он смотрел на тень чего-то огромного и нечеловеческого, механически колеблющегося в нескольких километрах от них, на западе. и едва заметного сквозь пыль и пепел. Ничто живое не могло иметь таких гигантских размеров, но Титан не двигался бы с такой болезненной чувствительностью. Один его вид заставлял шкуру за загривке морщиться, а волосы - вставать дыбом.

– Мы должны снять их, - сказал Альридд о распятых скаутах.
– И сжечь останки. Превратить в пепел.

Рагнар ничего не сказал. Тогда молодой бард повернулся к Ульрику, который был распорядителем всех похоронных обрядов Роты. Священник, на голове которого сумрачно блестел шлем-череп, тоже промолчал.

– Нет, - наконец, сказал Рагнар. Плохое настроение усилило его тон голоса.
– Когда мы вернём город, я сожгу наших братьев сам. Но не сейчас. Нужно двигаться. Двигаться дальше.

Они снова охотились. Альридд, чей силуэт был тоньше, чем у остальных, из-за того, что он носил броню типа 'Корвус', внезапно остановился.

– Чувствуете?
– спросил он по воксу так тихо, как позволял его голос певца и сказителя, богатый интонациями.

Рагнар ничего не чувствовал, пока не присел на корточки и не прижал ладонь к рокриту дороги. Тогда он ощутил биение пульсации в сломанном камне. Словно билось умирающее сердце города.

Или поступь шагающего бога.

– Титан, - прошипел он в общий канал Роты.

Рагнар приказал стаям рассредоточиться ещё сильнее, и занять укрытия, любые, какие только удастся найти. В павшем городе таких мест было много, хотя ни одно из них не защитило бы их, если бы боевой титан решил прервать их существование. Рагнар чуял, что они все и так слишком долго оставались относительно незамеченными, и это не могло продолжаться. То, что они умудрились так далеко продвинуться по поверхности, было чудом. Однако, фактически снесённый до самой земли город не мог дать мародерствующим врагам достаточно добычи. И Рагнар подозревал, что боевые отряды врага уже вышли на охоту за свежим мясом в других местах.

Вернувшись к низкой стене, Волчий Лорд присел и сосредоточился. Земля тряслась все сильнее, медленно вздрагивая, с долгим тягучим ритмом. Он прищурился, вздрогнув, когда что-то огромное, находящееся совсем близко, заревело, разнося звуки боевого сигнала над опустошённым городским ландшафтом. Имперские Титаны обычно включали свои ревуны, чтобы предупреждать пехоту и союзные войска о своём приближении, давая им возможность убраться с пути гигантов. Чем бы ни была эта боевая махина, вряд ли она включила сигнал, чтобы предупредить кого-то. Скорее, это звучало, как голодный рёв зверя.

Рагнар вжался в стену, когда бродячий бог затмил собой даже тот слабый лунный свет, что пробивался сквозь грязные небеса. Космодесантник немного сдвинулся, высунувшись из-за укрытия ровно настолько, чтобы рассмотреть боевую махину, двигавшуюся несколькими улицами впереди. Её бронированные голени и массивные когтистые ноги разбрасывали остатки зданий, которые, разбиваясь о землю, вздымали вверх ещё больше пыли.

– 'Владыка Гибели', - прошептал Альридд, словно опасаясь, что огромная махина Титана может его услышать.
– Я никогда не видел его, иначе как на гололите в архивах...

Рагнар видел такие машины вживую. На самом деле, он взял одну из них на абордаж. Он уничтожил искажённых порчей надсмотрщиков-пилотов своим Морозным Когтем, а потом сбросил их трупы наружу из рубки-головы Титана. Тогда был хороший день и хороший бой. Только двое из его людей погибли.

Закрывая глаза, он сосредоточился на том, чтобы замедлить биение своих двух сердец, напрягая слух и стараясь разобрать звуки, приглушаемые его шлемом, притуплявшим нечеловечески острые чувства Волка.

Далёкая стрельба.