–  Водка?
–  бармен изогнул бровь дугой.

–  Все равно...
–  Антон решил, что тут его никто не узнает, а потому он мог расслабиться.

Одна опустошенная стопка сменилась второй, третьей, четвертой... Антон уже потерял счет количеству выпитого алкоголя. Он чувствовал, что пьянеет. Голова шла кругом, а тело расслаблялось. Сейчас не было абсолютно никакой разницы - потерялась лапка или нет. Антон смирился. Он обвел взглядом толпу, сидящую за своими столиками. Каждый человек выглядел ущемленным. Это были простые работяги, не видящие проблеска счастья в своей жизни и ищущие его на дне стакана с алкоголем. Таким несколько лет назад являлся и он сам, и вероятно в ближайшее время вернется к прошлому, вот только возвращаться совсем не хотелось.

В углу бара Антон заметили хрупкую светловолосую девушку. Судя по тому, что стояла она у мольберта с кистью в руках, она была художницей. Антон встретился с ней взглядом и помахал едва двигающимися пальцами в знак приветствия. Девушка улыбнулась и вернулась к своей картине.

'Интересно, что хорошего такая хрупкая девушка смогла отыскать в этой отвратительной атмосфере, что решилась изобразить бар на своей картине?!' - подумал Антон, но не решился к ней подойти, чтобы задать свой вопрос напрямую.

Он допил последнюю рюмку и, едва сознавая что делает, направился к выходу. Свой счет Антон оплатил с лихвой, оставив бармена недоуменно смотреть себе вслед.

Антон не мог в таком состоянии садиться за руль, тем более он не хотел предстать перед Светой в непотребном виде, поэтому он забрался в салон, растянулся на заднем сидении, включил подогрев и уснул.

ГЛАВА 3

–  Какого черта происходит?
–  услышал Антон голос своего товарища и партнера по бизнесу, Михаила, в телефоне.

В голове все гудело, и Антон не сразу смог сообразить, что происходит, и как он вообще умудрился ответить на звонок.

–  Миш, ты можешь не орать? У меня голова кругом идет, а еще я хочу пить.
–  Антон с трудом приподнялся и потянулся к бутылке с минеральной водой, которая всегда лежала в салоне на всякий случай.

–  Ты вообще понимаешь, что натворил. Сегодня открытие нашего нового бара, а ты вместо того, чтобы способствовать привлечению клиентов ведешь себя так, словно тебе вообще наплевать. Ты с ума сошел?

Дрожащей рукой Антон открыл бутылку с минералкой и сделал глоток живительной влаги. Он облизнул все еще сухие губы и с облегчением прикрыл глаза. Стало чуть лучше.

–  О чем ты вообще говоришь, Миш? Что случилось?

–  Что случилось? Ты спрашиваешь что случилось?
–  По голосу Михаила сразу стало ясно, что ничего хорошего не произошло. Антон почувствовал себя провинившимся ребенком.

–  Честно, я не понимаю о чем ты. Я только что проснулся, и у меня болит голова.

–  А больше у тебя ничего не болит? Какого черта ты вчера устроил? Что за балаган с мусорным баком?

Антон сразу же понял, что привело товарища в ярость. Он догадывался, что слухи расползутся быстро, но не подозревал, насколько серьезные обороты набирала его безобидная выходка.

–  Перестань. Как это вообще могло повлиять на открытие бара?

–  Как? Ты спрашиваешь как? Ты идиот, Антон! Круглый идиот. Посмотри в газеты, может тогда до тебя дойдет, что ты натворил.

Михаил сбросил вызов, а Антон убрал телефон в сторону и руками прикрыл лицо. От него разило перегаром, а ломка в теле говорила о том, что пить ему нельзя. По крайней мере в таком количестве.

Выйдя из машины, Антон быстро перебежал к водительскому месту. На улице изрядно похолодало. Бабье лето стало потихоньку уступать место истинной хозяйке этого времени года - осени. Антон завел двигатель, надеясь, что по пути его не остановят гаишники, ведь после такой пьянки за руль садиться было крайней нежелательно.

Притормозив у газетного ларька, Антон выскочил, чтобы купить свежий выпуск 'Аргументы и факты', надеясь, что если какая-то информация о нем действительно вылилась в СМИ, то в этой газете обязательно будет что-то. И он не ошибся. На первой же странице красовался его снимок, висящего на мусорном баке, с заголовком: 'Владелец ищет украшения на открытие 'Your Paradise''. Антон закатил глаза и, заметив, как на него уставилась бабулька-продавщица, сконфуженно извинился, возвращаясь в машину. Нужно было поскорее привести себя в порядок. Антон нервно посмотрел на часы. Совсем скоро должно состояться открытие бара, и ему хотелось исправить свою вчерашнюю оплошность. Он мысленно придумал кучу извинений для Светы, но, войдя в дом, осознал, что там пусто.