– - Не может быть...
– - вырвалось из его груди.

Андерсен, тоже деморализованный, повернулся к молодой львице и велел:

– - Веди туда, где эти звери копали.

Хищница и белый медведь ушли за склад. Гризелли, не вставая с пола, только прохрипел:

– - Мартин... Соломон... нет!..

Капитан полиции словно окаменел, превратился в изваяние, застывшим взором уставившись на кровь. В ушах звенело, в висках мелко-мелко застучали молоточки. Целых две минуты Буйволсон не мог произнести ни слова, пока не раздался истошный крик Андерсена из глубины леса:

– - Капитан! Сюда!

Опасаясь того, что подчинённый нашёл самое страшное за эту ночь, Буйволсон развернулся, вылетел под сень мрака ночи и помчался на зов. Около небольшого холма между деревьями стоял на коленях Андерсен, его белая лапа что-то сжимала. Зверь медленно поднял её, и в свете фонаря Буйволсона блеснуло золото полицейского значка. Рядом, обхватив бока лапами, стояла Луцилла и тряслась, словно в ознобе. Не дожидаясь дальнейших указаний капитана, Андерсен принялся голыми лапами разрывать землю и через несколько мгновений сердце медведя словно пропустило один удар. В холодной земле полицейский наткнулся на плоть -- это была ещё хранившая тепло жизни лапа несчастного Мартина Черногрива. Самые худшие опасения капитана подтвердились.

– - Это Мартин...
– - чуть слышно прошептал Дэймон и медленно поднялся. Буйволсон достал рацию.

– - Звермайер, -- изменившимся до неузнаваемости голосом произнёс шокированный буйвол.
– - Мы нашли их. Они мертвы...

– - Что там, капитан?
– - подбежал испуганный Гризелли. Вместо ответа Андерсен указал лучом фонаря на могилу с телами друзей. Увидев торчащую из земли львиную лапу, молодой медведь закрыл глаза и упал на колени рядом с телом. Луцилла неожиданно повернулась и бросилась бежать в глубь леса.

– - Стоять!
– - взревел Буйволсон, хватаясь за оружие. Звучные хлопки двух выстрелов разорвали тишину, пули со свистом пролетели мимо. Буйвол и вскочивший Гризелли бросились за беглянкой. Не заметив в темноте камень, Буйволсон споткнулся об него и упал мордой в землю, львица тем временем успела скрыться между деревьями. Эрланд продолжал гнаться за Луциллой, но где ему, весьма корпулентному зверю, угнаться за гибкой и грациозной львицей! Только тонкий и длинный хвост мелькнул в свете фонарика и исчез. В ярости Гризелли выстрелил в то место, где буквально секунду назад была хищница.

Через час с небольшим к складу подъезжали остальные полицейские из отдела Буйволсона и два микроавтобуса. Примчавшиеся на зов шефа Звермайер, Носорожиц и МакРог помогли выкопать Мартина с Соломоном и вытащить их из леса, и сейчас запачканные в крови и земле друзья лежали рядом с сараем, где их и убили. Носороги обменивались друг с другом мрачными взглядами, Звермайер сидел, прислонившись к стене склада и опустив голову. Дверь одного полицейского седана распахнулась, и оттуда выскочил молодой черногривый лев-полицейский -- младший брат Мартина, Рагнар.

– - Мартин!
– - С этим криком офицер помчался к сараю, где недалеко от стены лежала страшная находка. Звермайер поднялся навстречу другу.

– - Раг, лучше тебе не видеть...
– - попытался остановить молодой тигр Рагнара.

– - Пропусти!
– - оттолкнул Вальтера лев и сразу увидел труп брата. На несколько мгновений Рагнара словно парализовало, сердце ухнуло вниз при виде родного зверя. На подгибающихся лапах младший Черногрив дошёл до тела и, не в силах стоять, рухнул на колени рядом с ним.

– - Мартин... Мартин!
– - взмолился молодой зверь и приподнял голову льва, словно ожидая ответа, словно веря, что Мартин сейчас откроет глаза. Однако несчастный офицер уже не мог слышать отчаянного зова Рагнара. Не в силах владеть собой, полицейский уткнулся мордой в грудь брата и заплакал. В нос ему ударил запах крови и земли.

– - За что, братишка?..
– - стонал Рагнар между всхлипываниями.
– - За что?..

Остальные сотрудники полиции, окружив убитых и плачущего льва, сочувственно молчали. Звермайер подошёл к другу и осторожно положил лапу на его плечо. Всхлипывающий Рагнар поднял морду, залитую потёками слёз, затем медленно встал. Не находя слов сочувствия от шока, тигр обнял молодого льва. Буйволсон с рычанием подскочил к стене и в бессильной злобе ударил по ребристой поверхности кулаком со всей силы. Но даже сильная боль разбитого до крови копыта не смогла заглушить чувство тяжёлой утраты.

...Домой Буйволсон попал в третьем часу ночи, когда все спали. Не раздеваясь, он прошёл в ванную и пустил воду. Сунул кровоточащее копыто под холодную струю и, чувствуя, как в груди что-то больно сжимается, уставился на своё отражение. Зеркало бесстрастно отразило серую морду буйвола, запачканную грязью. Из холла послышались шаги, и дверь с тихим скрипом открылась. Появившаяся на пороге Анабель хотела было с упрёками обратиться к супругу, но, увидев его перевёрнутое выражение морды и красные капли, ярко выделяющиеся на белой кафельной плитке, осеклась.