Сидя в кустах над обрывом, Служкин выкурил три сигареты и пошел домой. По дороге он выпросил в садике Тату. Идти им надо было опять мимо школы.

Церемония на волейбольной площадке уже закончилась, но девятиклассники, видимо, еще долго оставались на школьном дворе – смотрели друг у друга свидетельства, фотографировались классами и по отдельности, с учителями и без. Когда Служкин проходил мимо теплицы, из школьной калитки ему навстречу вырулил веселый Старков. Под руку его держала Маша.

– Здрасте, Виктор Сергеевич! – закричал Старков.

– Привет, – окаменев лицом, ответил Служкин.

Маша молча рассматривала Тату.

– А чего вас сегодня на линейке не было? – жизнерадостно осведомился Старков. – Мы бы с вами сфотографировались на память!

– Болел, – кратко пояснил Служкин.

– Чем? – тут же спросил Старков.

– Проказой.

Служкин и Тата прошли мимо. Маша так и не подняла глаз.

– Опохмелиться денег нет, вот и болел, – за спиной Служкина сказал Старков Маше.

Служкин привел Тату домой. Когда они подходили к подъезду, из подвала вылез Пуджик и увязался следом. Дома Служкин накормил Тату, накормил кота, взял сигарету, вытащил из-под дивана подаренную двоечниками бутылку вина и пошел на балкон.

Зубами он вытащил пробку и сделал несколько глотков из горлышка. Рядом на перила мягко запрыгнул Пуджик, и Служкин погладил его по спине. Потом с банкеткой в руках пришла Тата, приставила банкетку к ограждению, влезла на нее и стала смотреть на улицу.

– Папа, а ты вино пьешь? Ты пьяным будешь? – наконец спросила она.

– Это не вино, – сказал Служкин. – Это я воду принес в бутылке – цветочки полить.

И он вылил вино в ящик с землей, который висел на перилах. Цветы в этом ящике не росли уже тысячу лет.

– Папа, – снизу вверх глядя на Служкина, спросила Тата. – А почему у тебя борода есть?

– Потому что я старый, – печально произнес Служкин.

– Давай играть, – предложила Тата. – Угадай, какая сейчас машина проедет?

– Синяя, – сказал Служкин.

– А я говорю – красная.

Под балконом медленно прокатила черно-серебряно-радужная, как навозный жук, иномарка.

– Никто не угадал, – с сожалением признала Тата. – А сейчас какая проедет?

– Золотая, – сказал Служкин.

Яркий солнечный полдень рассыпался по Речникам. Мелкая молодая листва на деревьях просвечивала, пенилась на ветру и плескалась под балконом. Служкин на балконе курил. Справа от него на банкетке стояла дочка и ждала золотую машину. Слева от него на перилах сидел кот. Прямо перед ним уходила вдаль светлая и лучезарная пустыня одиночества.