Открытие ворот перед фургоном запечатлели сотни телекамер и фотоаппаратов, стремящихся ухватить хотя бы часть двора и сада.

Но потомок любимого кота фюрера так и не попал ни в один объектив.

Только молчаливые стражи да злые ротвейлеры.

В кабинете прошло короткое совещание с хозяином.

Начальник охраны предположил, что живодеры вряд ли будут сбивать вертолет, используя переносной зенитный комплекс. Фиолетовым захочется как следует помучить бедного кота, и поэтому исполнители постараются нанести двигателю и винту повреждения из стрелкового оружия. Нападение произойдет в глухой тайге, но рядом с какой-нибудь удобной площадкой для вынужденной посадки. Гарей, полян, вырубок и болот на маршруте от города до рудника предостаточно.

Магнат разрешил провокационную эвакуацию Двойника.

В ожидании вертолета обслуживающий персонал развлекал теневого дублера, причастного к славе элитного тевтонца.

Шеф-повар приготовил на дорожку фирменное суфле.

Тренер позанимался отработкой прыжка через клумбу.

Ветеринар капнул в пасть утомленного спортсмена витаминный гель.

Техничка отполировала золотой ошейник бархоткой до блеска.

Мастер по груммингу расчесала хвост.

А начальник охраны, взяв на себя опаснейшую миссию одиночного сопровождения ложной мишени, экипировался для серьезного боя.

Каска, почиканная осколками.

Бронежилет с пулевыми отметинами.

Пистолет.

Охотничий карабин без оптического прицела.

Пятизарядный дробовик.

Запасные обоймы.

Ручные гранаты.

Тунгусский аркан.

Фляжку с особой, настоянной на кедровых орешках, водкой.

Индивидуальный санитарный пакет, дополнительные бинты и пластырь.

Дело предстояло тяжелое ввиду неизвестных вводных о противнике: боевой оснащенности, выбранной тактике, поставленных задачах и конечной цели.

Но требовалось перехитрить и фиолетовых заказчиков, и непосредственных исполнителей.

А попутно удовлетворить тайные пожелания Кремля и наконец освободить хозяина от дальнейшей зависимости от Двойника, случайного разоблачения и направленного шантажа.

Запутанная комбинация, в которой участвовало три кота Аристократа, требовала радикального и правдоподобного завершения.

Каждому доставалось положенное по рангу.

Элитному тевтонцу – вечная память.

Дублеру – полное забвение.

Золотому рекордсмену – статус национального достояния.

7. Томительное бездействие

Члены Глобального Координационного Совета беспокоились, что от сибирской боевой ячейки нет никаких сообщений.

– Леди и джентльмены, к сожалению, пока ситуация не радует.

– Я все-таки не понимаю, как русские, с их природной ленью, менталитетом, не признающим рациональность и выгоду, сумели присоединить к Москве столько земель.

– Потому что европейские цивилизованные страны предпочитали колонизировать территории с более теплым климатом.

– Россия – скопище парадоксов и недоразумений.

– Ненавижу их герб с двуглавым хищником!

– Больно клюется, больно. Это и французы отметили в 1812-м, и немцы в 1941-м.

– По-моему, двухголовый орел все равно лучше, чем пара, составленная из русского золота и немецкой тварюги.

– Ничего, когда злосчастный самородок лишится живого прототипа, ореол и того, и другого заметно потускнеет.

– Свежий труп со следами насилия подпортит репутацию государству с имперскими замашками!

– И ударит по имиджу нового кремлевского идола.

– Давайте не забегать вперед, а терпеливо ждать.

Компьютер выдал на одиннадцать экранов продолжение старых концертных номеров из пыточной филармонии.

8. Опасное дежа-вю

Начальник охраны предугадал характер обстрела.

Вертолет с Двойником на борту аккуратно подбили в глухой тайге перед горным перевалом, за которым располагался знаменитый рудник.

Начальник охраны оценил высокий профессионализм исполнителей.

Подраненная машина пошла на вынужденную посадку.

Двигатель забарахлил, грозя в любое мгновение заглохнуть.

Вертолет болтало и кренило.

Ситуация весьма походила на аварийный инцидент, случившийся три года назад возле стойбища оленеводов.

Для полноты картины не хватало в пассажирах магната, и Двойник заметно уступал в характере и выдержке юному Аристократу.

Начальник охраны поймал запаниковавшего эрзац-кота за шкирку и прижал к бронежилету.

Жалкий трусишка, закрыв глаза, услышал сквозь нарастающий металлический скрежет, прерывистые шумы, непонятный грохот ровное биение человеческого сердца и покорно затих.