Она дала указания, как отобрать и разобрать нужные записи. Перед повечерием она собрала монахинь:

— Сотрите стихи, мною произнесенные. Они мое личное достояние и публике не предназначены. Напишите: «Стихи стерты». И вообще прилежно сотрите все пустяки и озаглавьте выборку «Аббатиса Круская».

На том и конец нашим общим восторгам. Бдите и не теряйте из виду. Она отплывает в чудный, заранее назначенный день, и воды расстилаются перед нею, а она стоит на верхней палубе стройная, как белая пароходная труба, и восхищается морем, которое бьется о берега и колышет тяжкое переливчатое жито, несеяное, несжатое и непреходящее.