Когда заканчивают забивать гвозди, раздается уханье нескольких выпей. Дедушка подает индейцам знак. Они наклоняются и косо поднимают гроб. Мужчина со шляпой стоит в углу и говорит дедушке:

– Вы не беспокойтесь, полковник.

Дедушка возбужденно оборачивается к нему, его шея раздувается и краснеет, как у бойцового петуха, но он ничего не говорит. Говорит тот, в углу:

– Думаю, что завтра никто в Макондо об этом и не вспомнит.

Я чувствую в животе сильную дрожь. Теперь мне действительно надо на двор, чувствую я, но вижу, что поздно. Люди делают последнее усилие, вытягивают из земляного пола провалившиеся каблуки, и гроб плывет на свету, точно хоронят мертвый корабль.

Я думаю: «Сейчас они почуют запах. Сейчас все выпи заухают».