— Нель, кровососы!

По отряду прокатилось встревоженное шушуканье, девочки начали спешно проверять оружие. Грязно выругавшись себе под нос, я послала лошадь вперёд. Поравнявшись с птичницей, уточнила:

— Где и сколько?

— Почти две трипты. Явно движутся в нашу сторону, нагонят минут через десять.

— Значит, надо их встретить по дороге, — окинув колонну взглядом, мрачно кивнула я. — Багряница за главную. Со мной Белка, Листопада, Гневияра и Яродара. Вель, держи лошадей. Мы постараемся их сюда не допустить, но Злата, если что, поможет.

— Может, не стоит… — раздражённо влез Варс, но сейчас мне было не до вежливости.

— Закуси хвост, — оборвала я его. — Вета, проследи, чтобы этот умный никуда не влез, если что — смело глуши. Дайте княжне арбалет на всякий случай. Если вдруг… Короче, Ряна и так всё знает не хуже меня.

— Я с вами, — вызвался рыжий, отдавая поводья Грему и спешиваясь.

— Ну, почему бы и нет, — я в ответ пожала плечами, тоже спрыгивая на землю. Странно, но Чёрный Коготь больше высказаться не пытался, и протестовать против самоуправства Трая не стал. — Лесь, держи купол; далеко не разбредаемся. Яня, веди!

Та, уже перекинувшаяся, только кивнула и нырнула в густой подлесок. Остальной отряд, рассыпавшись, двинулся за ней также в четвероногом обличье. Волк хоть и вёл себя грамотно, с пониманием, но в нашей компании всё равно смотрелся достаточно странно. И это если смотреть исключительно на видовую принадлежность, а уж принимая во внимание размеры… Общеизвестно, что масса тела при перевороте остаётся неизменной (что логично; законы физики никто не отменял), и если мы с девочками в среднем укладывались в типичные звериные параметры, то таких здоровенных волков я в природе не встречала. Представляю, как в таком случае выглядит в обороте Грем.

И это не говоря о том, что волком он тоже был рыжим. Причём не с лёгким оттенком и не коричневатым, какой и в природе встречается, а таким же отчаянно-рыжим, как и его человеческая шевелюра. Как рыжий домашний кот; на спине более тёмный, на животе — светлый, с тёмными подпалинами и едва заметными разводами. И действительно — с небольшим ярко-белым пятнышком во лбу.

Причина этой вылазки, разбившей отряд пополам, была проста: лошади. Они, конечно, обученные и привычные, но кровососов (упырей, вампиров — названий было много) боялись инстинктивно и панически, как и многие другие теплокровные животные, и присутствие птичниц с ведьмами могло не помочь.

Эта ситуация мне вообще категорически не нравилась. Вампиры в нормальных условиях не собираются в стаи, а две трипты кровососов — это действительно много, и такая большая колония не могла не привлечь к себе внимание. Просто потому, что они непременно кого-нибудь сожрали бы. И запоздалая реакция Вели на их появление тоже настораживала, и с этим вопросом непременно стоило разобраться; но, конечно, уже после устранения угрозы. Да и молчание леса в свете появления подобных существ в таком количестве очень беспокоило.

Вампиры — это малоприятные твари. Давно уже ведутся споры, куда их причислять, к нечисти или всё же к насекомым; были даже высказаны идеи о причислении их к разумным, но популярности не снискали. Скорее, они лежат на грани между этими двумя группами живых существ: с частично магическим метаболизмом типичной нечисти, но с повадками и строением насекомых.

В древности их вообще полагали живыми мертвецами. Глупость, конечно, и суеверия; как мёртвое существо может двигаться? Разве что под действием магии, но непонятно, зачем тратить столько усилий, если гораздо проще и надёжнее сделать подвижную основу, скажем, из дерева. А мёртвая плоть имеет свойство достаточно быстро разлагаться, особенно — на воздухе. К тому же, она непрочная, сильно рассеивает магию… в общем, бессмысленная трата времени и сил.

Легенда эта возникла из-за гротескного внешнего сходства вампиров с людьми (а так же с большинством разумных видов), вероятно, имеющего своей целью маскировку и защиту от хищников, а так же механизма размножения. Вампиры откладывают личинки в трупы крупных существ, и в те времена, когда было принято погребение в земле, они порой проделывали такое с похороненными человеческими телами: раскопать свежую землю для них не составляет особого труда. Личинка развивается, питаясь мёртвой органикой, вырастает, окукливается и в положенный срок вылупляется. Тело взрослой особи имеет прочный экзоскелет, который, к слову, некоторыми народами используется в качестве ремесленного материала. Глянцевито-белый, красиво блестящий на свету, он идёт на украшения, резные панно и другие декоративные предметы.

В принципе, вампиры — такие же звенья пищевой цепочки, как и крупные млекопитающие, и некоторые сильные хищники (те же вострехи, например) на них вполне успешно охотятся, да и некоторые разумные виды употребляют их в пищу. Кровь эти существа пьют в период размножения: личинка некоторое время развивается в теле родителя, и кровьнеобходима именно ей, а сами вампиры травоядные. Они обоеполые, но в спаривании участвуют две особи, и как определяют, кто выполняет какую роль, я, честно говоря, не в курсе; никогда не интересовалась.