История купола знает римские времена, но каменщики той империи помещали свод на цилиндрическую, то есть круглую в плане, основу. Наоборот, греческие мастера Исидор и Артемий взяли за основу азиатский план, то есть решили утвердить великий свод на кубе или, словам философа, «вписать небесный круг в квадрат земной юдоли» согласно пропорциям золотого сечения с погрешностью всего в четыре доли.

Но просчет был все же допущен, и случилось это в делах инженерных по части сопротивления материалов, науки которой в том веке еще не имелось.

Стены собора отличались невиданной прочностью. В шурфы, устроенные внутри них, заливался свинец, а в раствор, увязывающий кирпичи и камни, добавлялись толченые кости святых, то есть кальций, который (вместе со Святым Духом) соединяет прочнее прочного.

Однако вскоре после завершения строительства не выдержал и дал трещину фундамент и великий купол рухнул на землю, погребая под обломками тысячи верующих.

Купол восстановили, но собор продолжал разрушаться. Гранитные колонны «оплывали» под тяжестью галерей, а стены трескались и оседали, не выдерживая массы центрального купола. Век за веком собор незаметно сползал со скальной платформы, угрожая рухнуть на кварталы Константинополя, а потом и Стамбула.

В середине шестнадцатого века положение стало катастрофическим. Тогда-то Синану и поручили провести реконструкцию главой мечети города. Через несколько лет вдоль одной из стен Софии поднялись контрфорсы, с помощью которых Синан «стабилизировал» сооружение в целом. Их массивные, почти «крепостные», объемы прекрасно видно из восточного окошка на галерее собора. Конечно же, первоначальный облик Софии сильно изменился, стал менее изящным. Но другого способа остановить разрушение храма не было.

Тогда же по углам Софии появились два новых и тоже не слишком изящных минарета, игравшие роль дополнительных «стабилизаторов».

Работая под куполом Софии, Синан имел прекрасную возможность изучить и план здания, и технику работы греческих мастеров.

Его мечеть султана, вне всяких сомнений, выстроена с оглядкой на Святую Софию. Перед нами купол, который поддерживают два полукупола того же диаметра, «вытягивая» молитвенное пространство зала по священной оси киблы.

Но старые формы византийской архитектуры наполнены иным, нежели греческий, смыслом.

И вот как это происходит.

Купол Софии подсвечен малозаметными окнами, которые прорезаны в невысоком барабане. Свет, проникая через окна, как будто отделяет и удаляет купол от паствы. Точно также, как удален от людей и Всевышний в космогонии византийского христианства.

Не зря говорил народ Константинополя, что купол держится на золотой цепи, которая свисает с неба.

Купол Синана, хотя и меньше в диаметре, и ниже в зените, освещен через окна так, что человек, входя в мечеть султана, сразу охвачен потоком света, которое течет от макушки купола по парусам вниз.

Архитектура Софии говорит на языке греческой литургии. Отсюда темные галереи и ложи, сумрачные, с высокими ступенями, лестницы и пролеты. Под сводами этого храма человек одинок и тайна его запечатана, покуда Всевышний не призовет его к ответу.

Тот же план в мечети султана – но посмотрите, насколько открыто пространство! как интенсивно свет проницает каждого, султан ты или бродячий дервиш! и как динамично чередуются арки и полукупола, задавая торжественный и одновременно легкий, открытый и внятный ритм огромному пространству.

Святая София антична и статична, и человек, оказавшись под сводами храма, цепенеет, созерцая ее платоновские образы во времени.

Мечеть Синана дается тому, кто вошел в нее, сразу, точно также как и Аллах вручает человеку всю жизнь в момент рождения. Течение незримой и невыразимой силы, которую легко сопоставить с волей Всевышнего, проницает человека, стоит ему встать под куполом этого здания.

Формула мечети проста и выражается в элементарных терминах геометрии, когда окружность купола через барабан и паруса вписывают в куб стен, воздвигая таким образом невидимый конус посередине. Этот конус и есть пространство в чистом виде, организованная пустота.

Но как словами передать энергию, которой оно заряжено?

Мечеть Сулейманийе закончили в 1557 году. По углам внутреннего двора Синан поставил четыре минарета – Сулейман был четвертым правителем Стамбула – а балконы в общей сумме давали цифру «10», что означало «десятый сын Османа». Вдоль боковых фасадов прошли сводчатые галереи. За священной стеной киблы Синан разбил погребальный сад, где спустя год похоронят Роксолану, а еще через десять лет после завершения великой мечети ляжет в землю под сводами мавзолея и сам султан.