– Когда она впервые так сделала, я думал, ей кранты, – объявляет Эрнест, – но ей, похоже, как раз это и нравится… ты же видишь? Господи, да я раньше зеркало у нее за жопой держал, лишь бы посмотреть. У этой маленькой пизды все механизмы видно, ни волоска ж нету, чтоб факты жизни скрывать. И ты бы видел…

Что там я должен был увидеть, Эрнест забывает. Девчонка начала извиваться, и всякий раз, как она потряхивает задницей, его болт протискивается в нее все глубже. Эрнеста не обжулили, когда хуи распределяли, и в самом деле начинает казаться, что девчонка может себе сделать что-то такое, чего нельзя будет починить без некой причудливой штопки.

Пизденка у нее растягивается все больше, пока уже вдвое не больше того размера, какого ей полагается достигать. Но от этой мышки не доносится ни единого писка… она трясет хвостом и сжимает ногами Эрнеста, как бывалая. Когда в нее больше ничего не втискивается, это потому, что больше ничего не осталось… все, что осталось у нее снаружи… кроме Эрнеста… клок волос да пара яиц.

– Ты посмотри на это хорошенько, Алф, – умоляет меня Эрнест. – Окажи мне личную услугу. Я хочу, чтоб ты на это посмотрел, а потом сказал мне, что это возможно. Господи, мне по ночам дурные сны про это снятся, но я не могу оставить ее в покое. Ах ты сучка, вот так. Еще поерзай! Исусе, со мной никогда не бывало такого, это же как змею ебать….

– А что, Христа ради, ты станешь делать, когда она от тебя залетит? – спрашиваю у него я.

– Что-что? Как ты сказал? Залетит? – Эрнест очень возбуждается. – Хватит мне заливать, она слишком юная, не залетит… разве нет? Эй, ты это к чему, Алф? Как они могут залететь? У них волосы должны вырасти, правде же?

– Черта лысого должны. Им для этого просто дырка нужна, куда вставлять, и можно прекрасно их брюхатить, по-семейному. Хочешь сказать, ты с нею ничем не пользуешься?

– Хватит уже мне по ушам дристать, Алф. Да и вообще, я ж не один ее ебу. На меня ничего повесить не смогут…. Да? Черт, да я весь квартал в суд притащу, тут с нею все барахтаются. Слушай, Алф, ты не поверишь, если я тебе покажу некоторых, про кого она говорит, что они ее ебли. Среди них и женщины есть, Христом Богом клянусь! Да и не бляди. Просто здешние люди.

Он лежит, засунув хуй девчонке под хвост, и спорит со мной о возможности ее залета. Но девчонка устает слушать наши разговоры… она хочет, чтоб ее ебли, говорит она, а если Эрнест не будет ебать ее как надо, она к нему больше не станет приходить. Поэтому он мажет несколько раз по ее фиге, а затем пару раз заправляет так, что как у нее только зубы не вышибает.

– Заполучи, – говорит он. – Видишь, как у нее жопка дергается, ну вроде? Она клянется, что когда так делает – это она кончает. Как ты считаешь, она правда кончает? А больше ничего и не бывает… – Он опять принимается за дело – ебать ее. – Но боже святый, когда я в эту сучку спущу….

Он хватает ее за жопу и наполовину отрывает от кровати. Хер его вгоняется, кровать стонет… или это сам Эрнест. Девчонка держит ноги пошире, чтобы помочь ему углубиться, как ему нравится, и я воображаю, будто вижу, как у нее переполняется живот….

– Боже, да она галлонами в себя принимает, – ахает Эрнест. – Имперскими…

Когда все заканчивается, у меня на самом деле ходилки подгибаются. Мне хуже, чем Эрнесту, а он на вид далеко не лютик. Девчонка все это наблюдает с невинным безразличием. Ей хочется знать, не желаю ли я ее сейчас выебать!

– Валяй, Алф, – советует мне Эрнест с кровати. – Ничего подобного ты больше не отыщешь. Но тебе это на полу делать придется или как-то… Я просто не в состоянии ни на дюйм с этого места сдвинуться…

Я говорю девочке, что прямо сейчас ебать ее не хочу… может, как-нибудь в другой раз, но она все равно подходит и трется своим детским задиком о мое колено. Если я ее немножко пощупаю, говорит мне она, я захочу ее ебать.

– Все хотят после того, как меня щупают, – сообщает она. – Положи руку мне между ног…. почувствуешь, как из меня сейчас вытекает молофья мистера Эрнеста….

Но я не хочу, настаиваю я, не хочу ей ввинчивать и не стремлюсь пощупать молофью мистера Эрнеста. Тогда не хочу ли я, чтоб она у меня отсосала? Нет! Тогда, может, поиграться? Или мне еще чего-нибудь хотелось бы…. она проскальзывает у меня между колен и прижимается животом к моему хую… У меня настоящий хер торчком, она это чувствует и не понимает, почему стояк у меня может быть, а ввинчивать ей я не желаю. Вдруг она спрашивает, не петушок ли я! Или у меня денег нет, она говорит, что один разок даст мне в кредит.

Один разок! Французская Предусмотрительность возникает рано. Но даже посулами кредита меня не поколебать, поэтому она решает наконец, что я действительно не шучу. Что ж, говорит она, может, как-нибудь потом…. Мистер Эрнест мне скажет, где я смогу ее найти… она будет меня ждать….

Мисс Кэвендиш! Сука на колесиках, каких и не бывает. Сегодня утром я посмотрел на нее в чем мама рожала, как говорится. На сей раз какие-то неприятности с туалетом… она не может его заткнуть, и он ее сводит с ума. Почему именно он должен был выбрать именно тот момент, когда она одевалась, чтобы свести ее с ума, я не знаю…. такое выходит за рамки нормального понимания. Но есть шумный туалет, и, конечно, я тот мальчик, которого выбрали что-то с ним сделать.