На золоте были отметины, тонкие царапины, как будто кто-то соскреб часть ножом. Он представил себе, как один из мальчиков Ронишей решил, что весь поплавок из золота, но потом убедился, что это лишь поверхностный налет меньше миллиметра толщиной. Там, где нож оставил царапины, Хуан видел, что под золотом поплавок бронзовый. Хотя этот металл сопротивляется коррозии лучше стали, но Хуан догадывался, что еще через несколько десятилетий море найдет способ проесть его через царапины. Полый поплавок заполнится водой, и ловушке больше никогда не работать.

Кабрильо оценил высоту цилиндра в десять футов; когда его дно прошло наконец над его головой, оно остановилось точно вровень с верхней границей ниши. Должно быть, натолкнулось на другой небольшой выступ стены, которого Хуан не заметил при спуске. Он поразился инженерному мастерству, которого требовала такая работа.

Он выплыл из ниши и посмотрел наверх. На нижней стороне «поплавка» была ручка. Хуан ухватился за нее и потянул. Плавучесть сооружения была так идеально рассчитана, что ему удалось немного опустить эту огромную конструкцию. Он понял, что сможет выбраться, если привяжет к ручке свой грузовой пояс и позволит «поплавку» вернуться на дно, пока сам будет ждать в нише. Должно быть, то же проделали Рониши, только их груз потом отпал. Хуан спустился туда, где было дно шурфа, а потом еще ниже.

Точно в центре настоящего дна Ямы Сокровищ он увидел груду камней с пляжа. Противовес братьев Ронишей. Мешок, в котором когда-то лежали камни, давно растворила соленая вода Тихого океана. Другое открытие, сделанное Хуаном, было гораздо интереснее. От основной вертикальной шахты отходил низкий туннель.

Кабрильо проплыл в него, задевая баллонами потолок – проход был очень узкий. Туннель резко поворачивал вверх, и несколько раз Хуану пришлось останавливаться, чтобы выпустить избыток азота из системы. Он проверил запасы кислорода. Если не задерживаться, хватит.

Свет его фонаря неожиданно отразился от чего-то вверху. Он приближался к поверхности, хотя по-прежнему оставался на глубине в несколько сотен футов под землей. Он также рассчитал, что человек может проплыть от ниши до этого места на одном вдохе, если вода достаточно низкая.

Хуан медленно всплывал, вытянув руки над головой на случай неожиданного препятствия. И вынырнул в гроте размером со спальню, со сводом высотой семь футов. Он понял, что грот наверняка природное образование: на то, чтобы вырубить такой в скале, ушли бы многие годы.

Луч его фонаря прошелся по темному камню и остановился на каком-то предмете, висевшем на стене.

– Это еще что за черт? – спросил Кабрильо вслух голосом, глухим от благоговения и из-за камня вокруг.

Над самой водой на стене висела пластинка из какого-то металла. Бронза, предположил он. На ней были ряды значков, похожих, по его мнению, на китайские иероглифы, и очертания побережья с глубоко вдающимся в сушу заливом. С тех пор как аргентинцы явились в дом Джеймса Рониша, Хуан подозревал, что Яма Сокровищ не имеет никакого отношения к пирату восемнадцатого века, но такого он не ожидал. Что здесь делает табличка с китайскими иероглифами?

Что еще важнее, кому и зачем она понадобилась?

Кабрильо всегда доверял своему чутью. Оно ни разу не подводило его за годы службы в ЦРУ и тем более в Корпорации. По неизвестным причинам кто-то очень постарался спрятать табличку и в то же время устроить так, чтобы ее могли найти. Логика такого решения ускользала от Хуана, и ему оставалось лишь надеяться, что мотивы этого поступка объяснит надпись. Хуан понял: наткнулся на нечто значительное, и, хотя еще не знает, на что именно, это гораздо важнее потерпевшего крушение дирижабля и сбитого спутника.

Оптический кабель был разорван, и он не мог снять пластинку на видео, поэтому он достал из поясной сумки маленький цифровой фотоаппарат и извлек его из водонепроницаемой оболочки. Сделал несколько десятков снимков. После долгого пребывания в темноте вспышка ослепляла.

Потом Хуан снова ушел под поверхность и, светя себе фонарем, вернулся в главный ствол, заставляя себя не думать о загадке, а сосредоточиться на погружении.

Добравшись до гигантской затычки-поплавка, он расстегнул свой грузовой пояс и прикрепил его к ручке, которую – китайцы? – оставили именно для этой цели. Загадке Ямы Сокровищ намного больше ста лет, подумал он. Когда китайцы пробыли в штате Вашингтон так долго, чтобы приспособить для своих нужд систему пещер?

Сосредоточься, Хуан.

С прицепленным в нужном месте поясом отлично уравновешенный полый цилиндр начал очень медленно погружаться. Хуан втиснулся в нишу и пережидал, пока сооружение пройдет мимо него. И помогал, нажимая ладонями на бок «поплавка». Через несколько мгновений он смог подняться на поверхность. Подниматься без грузового пояса было трудно, приходилось бороться с положительной плавучестью, особенно во время остановок для декомпрессии. К тому времени как его голова вынырнула из воды, кислородные баллоны опустели.