— А с такими вопросами ты уже к хозяйке обращайся, — отмахнулась Белка.

— Я могу даже хвостом повилять. Надо? — серьёзно сообщил волк, переводя взгляд на меня.

— Обойдусь, — фыркнула я. — Пойдём, конечно; с местным в любом случае спокойнее. Даже с таким… хвастливым. Начнём, понятно, с визита к магам, а дальше предлагаю действовать по ситуации. В крайнем случае, абориген нам покажет что-нибудь интересное.

— Это я умею, — обрадовался он. — И интересного много знаю!

— Даже не сомневаюсь… О! Какие люди. Привет! — я удивлённо вскинула брови при виде входящей в кухню Велесветы. Тени обычно ложились спать на рассвете и просыпались только к полудню, так что мы планировали зайти за ней ближе к этому времени. Девочки тоже вразнобой поздоровались, Вета что-то невнятно буркнула в ответ и побрела через кухню к плите. Напрямик. Видимо, намереваясь просочиться сквозь стоящий посередине стол. Присутствующие настолько растерялись при виде подобной решительности, что никому даже не пришло в голову её окликнуть, а потом тень налетела на стул, споткнулась об него, с грохотом уронила и едва не последовала за ним на пол, если бы стоявшая рядом Белолеса не успела среагировать и подхватить её под локоть.

— Вет, ты нормально себя чувствуешь? — нахмурилась она.

— Да это я спросонья, — смущённо пробормотала Велесвета.

— Что ты, слепой котёнок, спросонья на мебель натыкаться? — поддержала я подругу, тоже поднялась с места и встревоженно пощупала лоб тени. — Такого даже спьяну небывает… Ты точно здорова?

— Всё в порядке, — раздражённо сверкнув на нас глазами, тень двинулась к намеченной цели уже более традиционным маршрутом, а мы с Белкой растерянно переглянулись.

— Не верю я этой женщине! — Белолеса покачала головой, а я обернулась к ведьмам.

— Злат, посмотришь, что с ней?

— Она же сказала, всё в порядке, — ответила та. При этом окинула нас очень странным взглядом, будто сомнения у неё вызывало именно наше душевное здоровье, а не здоровье ломающей мебель тени. Мы с подругой снова обменялись озадаченными взглядами, синхронно пожали плечами и вопросительно уставились на Листопаду. Та тоже выглядела озадаченной, и только развела руками.

Опять наша Златолета темнит. И тень темнит, но той по статусу положено.

Впрочем, вскоре Велесвета действительно более-менее пришла в себя и по крайней мере перестала натыкаться на предметы, и мы всей дружной компанией двинулись всё в тот же трактир напротив дома. Кормили там неплохо, репутация у заведения была приличная, а цены — достаточно высокие, чтобы не создавать ажиотажа, но не настолько, чтобы всерьёз ударить по нашим финансовым запасам. Так зачем утром идти куда-то ещё?

На улице немного распогодилось; во всяком случае, брусчатка подсохла, ветер был хоть и сильным, но не холодным, а в прорехах высоких облаков даже изредка проглядывало голубое небо, вселяющее надежду на дальнейшие перемены к лучшему. По-хорошему, вчерашняя погода опередила календарь эдак на месяц, сейчас должно было быть гораздо теплее и суше.

Княжна с Лесей оживлённо болтали, прикидывая культурную программу на сегодня (кстати вспомнилось приглашение пожилого волка о посещении главного дома), остальныепо мере сил участвовали в обсуждении. Я тоже периодически вставляла свои замечания, но всё больше была поглощена наблюдением за тенью: что-то в движениях той было непривычно, странно. Сообразила я далеко не сразу, а только по дороге к магам, когда Велесвета вдруг запнулась на выбоине.

Тень двигалась неправильно, не как обученный боец. Причём не всегда, а только когда дело доходило до контакта с окружающим миром, будто изменились физические свойства окружающих её предметов или сама тень лишилась какого-то важного чувства, вроде зрения или равновесия. При этом Листопада тоже периодически поглядывала на неё с недоумением, а вот её сестра оставалась невозмутимой.

Нет уж, довольно секретов. Вечером прижму обеих к стенке, и пусть каются; как-то мне не по себе от этого заговора молчания, не вышло бы чего плохого.

Маги, которых мы, как и планировалось, навестили сразу после завтрака, практически слово в слово повторили друг друга. Подтвердили, что работа однозначно волчья, достаточно недавняя. Кроме того, оба утверждали, что делал их не слишком опытный специалист или, по меньшей мере, человек, специализирующийся на какой-то иной отрасли магии. Такой странный вывод оба объяснили просто: артефакты были рабочими, изготовлены были очень аккуратно, но — явно «по учебнику».

Эту тонкость нам потом уже объяснила Златолета. Опытные маги за время работы приобретали определённый багаж знаний и навыков, и некоторые вещи начинали делать иначе, чем в хрестоматийных примерах. То есть, что-то упрощали, что-то — наоборот, усложняли для дополнительного укрепления чар, увеличения скорости их срабатывания или внесения каких-то ещё усовершенствований. А здесь имел место как раз классический случай: всё правильно, но несколько примитивно.