– Том...
– ерзаю под ним.

– Открывай рот!
– угрожающий тон.
– Иначе я начну с упаковки!
– он прикладывает к моим губам печенье.
– КАУЛИТЦ!
– его лицо очень близко, и я прямо-таки чувствую его дыхание на своей щеке. Открываю рот.
– Отлично! Теперь ешь!
– Заталкивает печенье меж моих губ. Любимый вкус растекается во рту. Я даже прикрываю глаза. Так тепло, и вкусно. И Трюмпер на мне... Ой.

– Мне хватит...
– произношу, когда проглатываю сладость.

– Ты воробушек что ли? Даже воробушки больше едят! Давай следующую!
– он снова тыкает печеньем в мои губы, и я уже не спорю. Смотрю в глаза напротив и поедаю из его рук печенье. Не успеваю я съесть второе, у моих губ уже третье...

В общем, Том встал с меня, когда я доел остатки печения, опустошив коробку.

Честно говоря, я не ожидал такого поступка от школьной звезды.

Том - сын богатых родителей. Единственный ребенок в семье, который с самого детства получал все самое лучшее. Мне казалось, что такие люди сильно эгоистичны. А то, что он почти силой заставляет меня выживать... Это противоречит эгоизму.

Сажусь к костру. Вижу, как Том зевает, клюет носом.

– Меня вырубает, - объясняет он.

– Ляг, поспи...

– Ты уснул, я потом тебя еле разбудил. Да и костер... Ты же мастер его тушить!

– Вообще-то это не я!
– откуда во мне смелость? Молчал бы.

– Неужели тут есть кто-то другой?
– издевка в голосе.

– Это с потолка...
– объясняю, но и не надеюсь на то, что он поймет.

– Ну да, как же...
– уже чуть добрее.
– Короче... Спать я хочу.

– Ложись у костра, я присмотрю за ним... И за тобой.

Он вздыхает. Но видимо ему деваться больше некуда: спать хочется. Он укладывает рюкзак под голову, ложится на камень, который усыпан слоем снега.

– Подожди...
– дергаю его я и иду к своему рюкзаку. Достаю из него плед.
– Подложи под тело, не спи на голой земле...

– Ты придурок?
– смотрит на меня.
– Сидел, мерз там, не мог в плед укутаться?
– я пожимаю плечами. На самом деле я не хотел в него кутаться. Я надеялся, что я просто усну и больше не проснусь. Том берет плед, кидает его на землю, ложится сам, подкладывая под голову рюкзак.

Вижу, как его ресницы через некоторое время опускаются, глаза закрываются. Я уверен, что он очень устал и его вырубит надолго.

***

Tom ©

Я просыпаюсь от того, что Билл добавляет дрова в костер. На улице уже светло. По-прежнему светит солнце. Будто и не было нашей второй ночи.

Нашей ночи.

Странно использовать это словосочетание применимо к самому большому неудачнику нашей школы. Билл просто странный. И его никто не понимает. Даже я. Честно, я не знаю почему его не любят. Вроде бы он умный, на уроках отвечает, списывать всегда без проблем дает... Не стучит никогда, что бы мы с парнями с ним ни сделали. Просто он беззащитный... Вот его и пинают все, кому не лень.

Сейчас у меня есть возможность посмотреть на него. Наверно впервые я вот так вот разглядываю его лицо. Аккуратный носик, раскосые больше золотые, чем карие глаза. Толстые брови, которые очень странно подходят его внешности. Тонкий подбородок - будто противопоставляется бровям – острый, я бы даже сказал аристократичный. А еще у него удивительно красивые лучи скул...

– Я бы на твоем месте сжег меня, пока я сплю...
– сажусь и вытягиваюсь, разминая затекшие конечности.

– Ну да... Что-то я упустил свой шанс: избавиться от тебя и сытно покушать.

Я смотрю в его серьезное лицо. Он не шутит? Несколько секунд и он расплывается в довольной улыбке.

– Я не вкусный, - пытаюсь говорить невозмутимо, но выходит какой-то лепет.

– Пока не проверишь – не узнаешь!
– с заумным видом выдает он.

– Пойду за дровами, - хлопаю его по плечу.