– Ты кого тут стесняешься, малая? Приезжая что ли?

– Я к бабушке приехала на лето.

– Как тебя звать то?

– Алиса.

– А по-местному?

– Исса.

– Исса, нельзя же открытыми к пчелам подбегать, когда мед из ульев достают.

Алиса потеряла способность говорить полными предложениями. У нее получалось выдавить только по одному слову. Ее впервые на руках нес мальчик. Минька. Всем всегда было интересно узнать, как звать ее коротким, придуманным именем. А Алисе же все не терпелось узнать полные имена соседей, как при рождении дали.

Минька положил Иссу на диван в доме и снял защитную сетку с головы. Иссе показалось, что она никогда не видела таких красивых мальчиков. Загорелая кожа и волнистые каштановые волосы от корня, выцветающие ближе к кончикам прядей. Сердце начало ускоренно стучать. Минька пинцетом достал жало и обработал укус перекисью водорода.

– Деушка Панас, пожалуйста, не говорите маме! Она заставит меня на горох коленками встать, и подметать дом и даже двор! А еще на море купаться не отпустит вечером!

– Как не скажу? Все так и скажу. А если у нее аллергия на пчел, у подруги твоей, и нога в три быка, так что – дедушка Панас виноват? Так и скажи матери, когда у твоей подруги полноги опухнет, что она ходить не сможет, что Панас тут не при чем! У Панаса своих дел выше крыши. Не могу же я вечно за вами следить, босячки какие. Опухнет и опять Кабато забота на голову – травы, мази, настойки. Ты этого хочешь?

У Алисы глаза на лоб вылезли после слов дедушки Панаса про опухшую ногу, от чего она даже ходить не сможет. Вдруг ей так поплохело, что Алиса упала на подушку и закрыла глаза, чтобы собраться снова с силами. Тут и красивый Минька, и пчела, и нога в три быка – слишком много впечатлений для одной маленькой прогулки.

– Что с тобой, красавица?

– Не ругайте Силью, не говорите ее маме, это я виновата. Я ее из засады выдала.

Дедушка Панас показался Иссе очень добрым. Только для виду ругается, а так очень добрый. Проверял укус, Миньку отправил с ульями закончить, а Силью чай заварить на кухне. Она тут все знала, как свою собственную кухню. Казалось, что она вообще все знала.

– Силья твоя, такая девчонка, что называется, каких мальчишек редко встретишь. Даже внук мой, Минька, познакомились уже? И то не такой смелый, как Силья. Ее пытать можно, она слово не выдавит про свои секреты. И все то она успевает – по приказу матери по хозяйству помогать, и книжки какие-то умные запоминать, и вот – семечки в подсолнухах щелкать. А красавица какая, вся в мать! Да та еще босячка, что называется.

Алиса тихонько приоткрыла глаза, и сказала только про Миньку. С Сильей и так уже все понятно. Как Минька несмелый? На руках ее нес, от пчел спасал. Самый смелый и самый красивый! Он, наверное, соты специально кинул, и пчел направил, чтобы спасти ее, и на руках до дома нести.

– Минька меня на руках донес – очень смелый. Пчел не боится.

– Еще бы в перчатках до плеча и скафандре на голове пчел бы боялся! Позор бы мне и всей нашей семье, что называется, если бы девчонке не помог. Все в порядке с твоей ногой, ничего страшного. Поболит немного, но пройдет быстро. Ты, главное, не чеши.

– А у Миньки какое имя полное?

– Мишка его зовут. Но у нас в деревне так принято, всех новыми именами окличать. Привычнее так. Говорят, что новое имя дает новые силы и новую жизнь. Целая новая история сложится с этим именем. Нравится тебе тут у нас?

– Очень нравится.

– Вот и хорошо! Отдыхай, отдыхай. Силюша-босячка тебе много еще интересного покажет, научит тебя всему. Ты, главное, держись подле нее, так она за тебя горой постоит, в обиду не даст. Ты тоже за ней следи, у нее иногда Грибоедов в голову бьет, «Горе от ума», что называется. Как взбредет что в голову – бросай все, беги, что называется, – у дедушки Панаса не было паразитов у подсолнухов, но один паразит все же был – «что называется», которое он вставлял в каждое предложение. Он использовал словосочетание так часто, что оно превратилось в одно слово из согласных букв «чтнзвться». – Силья с самого рождения такая, любому мальчишке фору даст.

Силья за это время заварила чай, поставила чашки. Дедушка Панас поставил большую тарелку свежих сотов, халву и козинаки. Силья запрыгнула, довольная, на стул, и засунула огромный кусок сотов с медом к себе в рот и расплылась в улыбке.

– Как ты? Тебе уже лучше? Нога не вспухла – и ладно. Жить будешь. Ты ела соты? Они, как воск, похожи на жвачку.

В этот момент Исса поняла, что вообще ничего не знает о настоящем мире. Том мире, где мажут пыльцу цветов вместо теней и жуют воск вместо жвачки. Без привычных городскому жителю вещей – продуктов в готовых упаковках, аптечки, меда в банке – Исса была беспомощной. Пусть она знала, как пользоваться компьютером, жарить яйца на плите, ходить за продуктами в магазин, но какое это имеет значение, если никогда не видела настоящие соты?

Минька тоже присоединился к чаепитию, и они стали все вместе есть медовые соты. Дедушка Панас и раньше ставил соты к чаепитию, но Исса как-то не решалась их попробовать. А сегодня они показались ей самым вкусным лакомством, которое она пробовала. Мед был совсем не приторный, а даже очень приятный, нежный. Казалось, что она выпивает с медом стакан цветочного сока – настолько он был ароматным. И сами соты были совсем не противные, а даже наоборот – вкусные. Потом, когда во рту не оставалось меда, воск сильно прилипал к зубам, и его нужно было выплюнуть на тарелочку.