Достаю ежедневник и записываю на последний лист все перечисленные планы.

— Знаешь, у меня последнее время память плохая стала, — комментирую я. — Приходится все записывать. Наметила себе сначала на курс по улучшению памяти, а потом еще какой-то… Вот снова начинается…

— А упадка сил нет? — спрашивает Света озабоченно. — Утром голову от подушки не оторвать, после обеда начинаешь всех тихонько ненавидеть, а во время секса считаешь овечек, чтобы потом на засыпание времени не терять?

— Нет, до овечек я еще не дошла, — я улыбаюсь. — Я просто сразу засыпаю. А что, у тебя тоже такое было?

— Да, это предвестники «берн-аута», — отвечает Света. — После года ударной работы стала важные вещи забывать, утром встать не могла. Пришлось меры принимать — к психологу походила, на йогу, эмоций добавила, и все стало на свои места. Может быть, тебе просто драйва не хватает в жизни? Съезди в отпуск, запишись на курс вышивания крестиком, прыгни с парашютом, с Лёшей устройте ночевку в палатке на морозе — что-нибудь, что можно начать и закончить. И жизнь снова начнет бить ключом! Зачем сразу ребенок?

— Развлечений нам хватает. Книжки я слушаю, на выходных в музеи ходим. С Лёшей у нас все не так плохо. Это недоразумение мы разрешим, я уверена.

— А что дальше? — Света останавливается и смотрит мимо меня в окно.

— Что дальше? Поженимся. Ребенка родим. Будем воспитывать. Как все делают.

— И это то, о чем ты будешь вспоминать в последние минуты жизни? Это та жизнь, о которой тебе захочется вспомнить? Та жизнь, о которой было не стыдно книгу написать?

— Я не знаю. Я об этом как-то не задумывалась. Нам ведь всего по двадцать пять! Еще столько всего можно сделать! Вот смотри, — достаю из сумки распечатанный из Интернета список того, что обязательно нужно успеть в этой жизни, из 76 наименований и кладу перед Светой. Сегодня из «ВК» выудила. — Сказано, что если испытал хотя бы половину из списка, то жизнь, считай, прошла не зря. Ну, а если больше половины, то садись и пиши книгу!

— Первое, — читает Света, — поплавать с дельфинами. Второе — заняться любовью в кинотеатре. Совершить кругосветное путешествие на яхте. Нет, это не для меня, — она отодвигает список в сторону. — Может быть, это все кому-то придаст в жизни смысла, но не мне.

— А что же тогда? — спрашиваю я.

— В этом вся и проблема. Я знаю, что не это, но не знаю, что!!! От этого и тошно! В общем, насчет планов на горластое будущее всё-таки поговори сначала с Лёшей.

Света смотрит на часы.

— Обязательно поговорю! — соглашаюсь я. — Хотя иногда мне кажется, что разговоры только все портят. Вчера мы с ним поговорили и что? Поссорились. Долгие разговоры — это уже прошлый век. Мир не стоит на месте. Сегодня совсем другое общение — краткое, содержательное, невербальное. Два слова, три смайлика — и все понятно.

— Да, — скептически тянет Света, — не с полуслова теперь друг друга понимаем, а с полурожицы. И любовь тоже такая — невербальная…

Спорить со Светой сегодня явно бесполезно. Достаю телефон и пишу Алексею: «Как ты?» Добавляю три поцелуйчика и отправляю. Жду ответа, но его нет. Даже после того, как мы со Светой в напряженном молчании съедаем на горячее котлету с овощами, то есть я съедаю, а Света отодвигает. Даже после моего «Тирамису» на десерт он продолжает играть в молчанку.

— Похоже Лёша на меня вчера по-настоящему обиделся, — я нервно ерзаю на стуле.

— Может быть, просто он в метро едет? В центре плохо ловит.

— Он же сейчас на работе должен быть.

— Не волнуйся, — в голосе Светы, наконец-то, слышатся нотки сочувствия. — Вечером все равно помиритесь. У тебя сегодня все-таки юбилей!

Мой телефон пищит.

— Он? — спрашивает Света.

— Нет, — отзываюсь я. — Мама поздравляет. — А Лёша не отвечает.

— Позвони ему, — говорит Света.

Я медлю. Последний разговор с моим бывшим молодым человеком научил меня не тыкать пальцем в нарывающий фурункул.

Наш черноволосый официант приносит счет. Света вкладывает в кожаную папочку свою половину, одевает шикарную коротко стриженую норковую шубку с широким ремнем с камешками от «Сваровски» и уходит, сославшись на какое-то срочное дело. Я снимаю с вешалки серое пальто от Karen Millen и запускаю руку в карман в поисках кошелька. Вкладываю в счет нужную сумму. Официант забирает папку. В ожидании сдачи прохожусь второй рукой по другому карману. Внутри все холодеет. Любовной записки, которую я вчера нашла в новогоднем картоне, нет. Я точно помню, что вчера переложила ее из кармана жакета в пальто, чтобы по пути выкинуть и забыла!!! Чертова память!!!

Перед глазами проносится странный ночной сон. Я видела Пьера Безухова в костюме Деда Мороза. Приставляя пенсне к переносице, он взволнованно шептал про бумажку, которую он нашел в коридоре. Что-то про встречи, про любовь… Это был никакой не Безухов. Это был Алексей! Он нашел записку! На полу, он сказал! Значит, выпала у меня из кармана, когда я перчатки доставала, чтобы посушить. Он ее прочитал! Возможно, он подумал, что это моя. Хотя я ведь ему говорила, что у нас на работе кто-то роман крутит. Не факт, что он это услышал и правильно понял! А что, если он заподозрил меня в измене! Сценарий нашего разрыва тут же проносится перед моими глазами.