Ещё одной проблемой было то, что данные РЛС не умели оп­ре­де­лять высоту це­ли – фактически её лишь при­ки­ды­вали , исходя из кривизны поверхности плане­ты: если цель об­на­ру­же­на на такой-то да­ль­но­с­ти, то она не может быть ниже та­кой-то высоты; и наоборот, если цель исчезла с радара, то, скорей все­го, она сни­зилась до высоты не более такой-то. Тео­ре­ти­че­с­ки, радар CXAM-1 был спо­со­бен обнаружить одиночную воз­ду­ш­н­ую вы­со­т­ную цель типа «бомбарди­ров­щик» на дальности в 70 миль [130 км]. Од­на­ко в ре­а­ль­но­сти японская летающая лодка со скромным раз­ма­хом крыла в сорок метров была обнаружена лишь на вдвое меньшей дальности.

1. Антенна РЛС CXAM-1; 2. Собственно радар; 3. Сигнал на ос­ци­л­ло­ско­пе типа «Scope A», где (а) излучённый импульс, (b) от­ра­жё­н­ный сигнал, (с) время, прошедшее меж­ду из­лу­че­ни­ем импульса и приёмом его отражения, а следовательно – расстояние до объекта.

Зато это произошло ещё за пятнадцать минут до того, как старший лейтенант Сакаи пе­ре­дал своё сообщение. Немедленно после об­на­ру­же­ния в 10:15, с палубы авиа­но­сца были подняты три находившихся в боевой готовности двухсамолётных звена ис­т­ре­би­те­лей во главе с командиром 3-й истребительной эскадрильи, капитаном 3-го ранга Джоном Тачем. Диспетчер ис­тре­би­те­лей ПВО, отправил звено коман­дира на перехват «бандита» * , оставив два остальных в резерве. При­быв в рай­он цели, Тач об­на­ру­жил там низкую облачность с дождевыми шква­ла­ми. Он уточ­нил расположение радарного «контакта», после чего при­с­ту­пил к прочёсыванию облаков.

Всё, чем могли ему помочь операторы радара и диспетчер, были уверения, что противник на­хо­дит­ся «где-то у тебя под юбкой». В какой-то момент командир 3-й истребительной даже увидел проскочившую под ним на вс­т­ре­ч­ном курсе ог­ро­мную летающую лодку, после чего опять потерял вражеский самолёт. Но вскоре диспечер со­о­б­щил ему, что «контакт» пропал. Это могло означать лишь одно – тот снизился ниже облачности, чтобы глянуть, что там про­ис­хо­дит с об­на­ру­же­н­ны­ми им американскими кораблями.

С учётом расположения пулемётных точек летающей лодки, капитан 3-го ранга Тач принял решение атаковать сверху, с двух ракурсов. Он отдал команду «де­л­а­ем вилку» и спикировал, выбрав своей целью правую пару двигателей на огро­мном кры­ле-парасоли. Очереди четырёх 12,7-мм пулемётов распороли обшивку плоскости и крыльевой бензобак, за самолётом по­тя­ну­л­ся шлейф бензина, а вот огня второго истребителя почему-то не было видно. Разворачиваясь для следу­ющего захода Тач с удивлением обнаружил, что его ведомый, лейтенант Эдвард Селлстром слишком буквально понял его команду – он решил за­й­ти с другого бо­рта, пролетев прямо за кормой летающей лодки.

Хвостовой стрелок «Мэйвис» ожидаемо поприветствовал данный ма­н­ёвр оче­ре­дью 20-мм снарядов, от которых «Уайлдкэт» Селлстрома увернулся каким-то чу­дом. На следующем заходе Тачу удалось расстрелять двигатели и поджечь бе­н­зобак. Охваченая огнём 20-тонная машина начала падать. Командир 3-й ис­т­ре­­би­те­ль­ной от­чёт­ли­во видел японских пилотов, не предпринимавших ника­ких попыток выпрыгнуть с парашютом. В 11:12 ле­та­ю­щая ло­д­ка во­ш­ла в воду со взры­вом, дым от которого увидели даже с находящегося более чем в 30 милях [55,5 км] «Ле­к­с­и­н­г­то­на». Джон Тач сбил свой первый вражеский самолёт.

Хвостовая точка летающей лодки была вооружена турельной версией той же автоматической пушки обр. 99 мод. 1, на базе швейцарского «Эрликон» FF, что стояли тогда на «Зеро». Кроме того, «Каваниси» Н6К была вооружена четырьмя 7,7-мм пулемётами обр. 92 (авиационная версия известного ручного пулемёта «Льюис»)

Не успели они вернуться на авианосец, как оператор радара доложил о новом «контакте». Это была ещё одна «Каваниси» H6K, патрулировавшая соседний се­ктор и получившая приказ изменить курс и уточнить данные об обнару­жен­ном аме­ри­ка­н­с­ком соединении. На перехват этой цели было направлено второе де­журное звено, и в 12:18 с ней тоже было покончено. Этот са­мо­лёт даже не ус­пел выйти на связь с базой. Всё это время третье звено оставалось в резерве, и ком­а­ндовавший им старший лей­те­на­нт Эдвард О'Хэйр очень расстроился, что его так и не пустили пострелять. Ме­ж­ду тем, внезапность операции была утеряна, и об­е­им сторонам предстояло решать, что делать дальше.

Командир 11-го оперативного соединения контр-адмирал Уильсон Браун пре­к­ра­с­но понимал, что за те двадцать часов, что ос­та­ва­лись до выхода соединения на да­ль­но­сть атаки, японцы не только подготовят к торжественной встрече все име­ю­щи­еся в Ра­ба­уле силы, но ещё и начнут перебрасывать подкрепления со своей главной базы в этом регионе, атолла Трук. Поэтому он принял решение отказаться от рейда, но при этом продол­жа­ть – до наступления темноты – движение в сторону острова Новая Британия. С тем, что­бы японское командование обе­с­по­ко­и­лось ситуаций на юго-восточном фланге настолько, чтобы снять какие-то силы с западного направления и тем ос­ла­бить давление на силы союзников, оборонявших Голландскую Ост-Индию. В чём, собственно, и заключалась «сверхзадача» операции. По­с­ле чего можно было и отступить.

Где-то его расчёты оправдались. Командующий японским 4-м флотом вице-ад­мирал Сигэёси Иноуэ действительно сфо­р­ми­ро­вал на Труке оперативное соед­ниение из четырёх тяжёлых и двух лёгких крейсеров, плюс эсминцы эскорта, что должны были перехватить американское авианосное соединение в ночной то­рпедно-артиллерийской атаке. Но это было сделано за счёт собственых сил, без отвлечения задействованных на западном для японцев направлении.

Однако эти корабли смогли бы при­быть в район Рабаула в лучшем случае через пару суток, а командующему 24-й флотилией морской авиации берегового ба­з­и­ро­ва­ния контр-адмиралу Еидзи Гото, которому подчинялись переброшенные на Новую Британию самолёты, пришлось при­ни­мать решения в режиме «здесь и се­йчас». Как уже говорилось выше, эти силы в виде свежесформированного 4-го кокутая (ави­а­гру­п­пы) состояли из неполной эскадрильи бомбардиров­щик­ов-торпедоносцев (третий дивизион занимался боевым ско­ла­чи­ва­ни­ем на Ма­ри­­а­н­ских островах) и эскадрильи истребителей.