— Пока я с тобой… не боюсь. Я… счастлива, что могу быть здесь. Помочь хоть чем-то.
Раньше я бы, наверное, не нашёл слов или ответил бы односложно. Но сейчас я отчасти Атлас. Слияние сделало меня лучше в плане умения общаться.
— Меня прельщает твоё желание быть рядом. Я понимаю: оно выступало одной из причин не сдаваться и двигаться вперёд. Меня восхищают твоё стремление, смелость и сильная воля. Признаться, ты одна из немногих, кому я безоговорочно доверяю.
Наташа чуть крепче обхватила руку. Краем глаза я видел, как она смутилась и немного зарумянилась.
— Можешь сказать… кто другие? Ифрит? Константин? Олег и Полина?.. Мэль?
— Уж точно не первые двое. Древний бог остаётся самим собой. Он не тот, кто привык кому-то подчиняться. Однако я сильнее, и нам по пути. Появись у него шанс заполучить источник силы и стать полностью независимым, он сделает это, даже если придётся переступить через наши интересы. Константин пылает от ненависти к Орде и сам себе на уме. К тому же он управляет силой, которая легко может развратить. Олег и Полина — пожалуй, да. У твоей подруги всё ещё немного нестабильная психика, и она не обладает такой же смелостью и рвением, но предавать напрямую не станет.
— А Мэль? — переспросила Наташа. Кажется, именно последний вопрос был для неё важен.
— Она потеряла в своей жизни всё, кроме единственного смысла, и признала во мне нового Атласа — пусть частичку. В ней я тоже не сомневаюсь. Поэтому я поручил ей следить за Землёй. Пусть она понимает, насколько низки наши шансы, и вполне могла бы сбежать, тихо накопив сил — она этого не сделает.
Может быть, ответ Наташе не понравится — тем более она немного ревнива. Стоит только вспомнить её поведение, когда я привёл Элиси.
— Я… понимаю тебя. Теодан тоже имеет свои цели. Дракониды и ши признали твою силу и власть в новом мире… и каждый хотел бы оказаться на твоём месте. Можешь рассказать, что-нибудь о Мэль? Она… странная.
Я хохотнул, сразу поняв суть вопроса.
— Одновременно ехидная язва, полная скепсиса и не считающая чувство такта чем-то важным. И при этом она всегда помогает в меру своих сил, никогда не повышает голос и защищает в бою. Не смотри на демоническую природу и тысячелетие битв за Орду. Она… невероятно добродушная — просто на первом месте для неё господин. На Гайе, родном мире, Мэль рано лишилась родителей и дома, долго скиталась. А затем её случайно увидел Атлас. Она знает цену доброты и помощи. Не забыла её за прошедший срок.
Наташа не ответила, кажется, глубоко задумавшись. Я понял её вопрос, который она стеснялась высказать.
— Нет, я не люблю Мэль. Она близкий друг и… слуга, пусть для нас это слово звучит неоднозначно. А зная её историю, я искренне хочу вознаградить её за старания и верность. Правда, пока что не могу.
Наташа смущённо кивнула, лёжа на моём плече.
— Она… красива, умна и… сильна.
— О боги, женщины… — я вздохнул. — Я взял тебя в экспедицию, от которой зависит будущее Земли. А у тебя на уме соревнования. Хотя я помню, сколько у тебя спортивных наград и олимпиад: соревнование — это твоя страсть. Так же, как для меня — битвы на пределе. Знаешь, в чём Мэль действительно тебя превосходит? И это исключительно благодаря жизненному опыту — она не накручивает себя.
Наташа явно смутилась из-за моей речи и какое-то время молчала. В итоге предпочла сменить тему.
— Расскажи больше о том, как устроена башня. Только понятно.
— Без магической квантовой механики и сопромата? — Я усмехнулся. — Устраивайся поудобнее, студентка. Ты ведь хотела учиться. Постараюсь бубнить как можно монотоннее. Да не стесняйся.
Наташа со смущённым видом отодвинулась и легла мне на ноги. Казалось бы, часто это делает — большую часть времени серьёзная, бесстрашная воительница. Но как доходит до минимальной близости — и вот передо мной снова неопытная отличница из университета, с кафедры международных отношений МГУ.
Я могу подарить ей по крайней мере душевное спокойствие. Если честно, рад, что не остался в башне один: так спокойнее. Надеюсь, у Теодана тоже всё хорошо и то подобие дракона не получило шанса зализать раны. На удачу полагаться нельзя, но в любом случае я буду действовать дальше в обычном темпе.
— Итак… чтобы понять, что такое башня, надо знать чуть больше о первых титанах. Это существа, рождённые в древности и имеющие особую связь со вселенной. Кто-то считает, что первые титаны несли частичку Творца. Другие представляют нас результатами флуктуации силы, появившимися, когда законы вселенной только устанавливались. Мы способны изгибать реальность, создавать вложенные многомерные пространства, замыкать их в подобие ленты мёбиуса и даже менять законы реальности в конкретно взятой точке. То, что для богов великая магия, гениальная техника, которую ни один смертный не сможет даже осознать. Для Архонта хаоса — лишь вопрос проявления воли.
Наташа заворожённо смотрела на меня снизу-вверх. Похоже, выходило не так уж усыпляюще.
— Но боги победили архонтов? Насколько тогда сильны они?
— Вопрос не совсем корректен. Их сила… иная. Каждый из них невероятно властен над некой более узкой областью и крутит ею как пожелает. Она составляет их сущность.
Кроме того, я не знаю, что победило архонта, найденного Атласом. Но почти уверен: это сделали не боги. Нет смысла переживать сейчас. А переходя к башне… По сути, сейчас мы внутри проекции искусственного тела, представляющего собой конгломерат пузырьков реальности, расположенных слоями вокруг ядра.