– Да, из жалости!
– выкрикнул он, ударив кулаком по столу.
– Дочь обанкротившегося барона, без приданого, без перспектив! Кто бы еще взял тебя? Я дал тебе титул, положение, богатство! А ты даже не можешь быть благодарной!

– Благодарной за что?
– Оливия встала, глядя ему прямо в глаза.
– За то, что ты унижаешь меня при всех? За то, что ты изменяешь мне в нашей супружеской постели? За то, что обращаешься со мной как с вещью?

– Я обращаюсь с тобой так, как ты того заслуживаешь, - процедил он.
– Верена - женщина с характером, с огнем. Она наполовину драконийка, она может выдержать мою силу, мой натиск. А ты?
– он презрительно усмехнулся.
– Ты даже в постели заставляешь меня сдерживаться, бояться сломать тебя, такую хрупкую и жалкую.

Каждое слово било, словно плеть, но Оливия стояла прямо, не отводя взгляда. Хоть сердце билось как сумасшедшее, а слезы душили, не давая вздохнуть.

– Если я такая жалкая, зачем ты держишь меня при себе?
– спросила она тихо.
– Разведись со мной. Женись на своей на четверть драконийке. Будь счастлив.

Дейр рассмеялся, но в его смехе не было веселья.

– И позволить всем шептаться, что генерал ван Гарден не смог удержать жену? Нет, - он покачал головой.
– Ты останешься моей женой. Но с этого момента- только на публике. А сейчас убирайся к себе, ты мне надоела. И завтра утром ты все-таки отправишься в поместье, как я приказал.

Он развернулся и вышел, оставив ее одну в гостиной.

Оливия долго стояла неподвижно, глядя в пустоту. Затем медленно поднялась в свои комнаты, где ее уже ждала встревоженная Лоретта.

– Миледи, что произошло?
– спросила служанка, помогая ей сесть.
– Вы такая бледная…

– Я нашла его с Вереной,- просто сказала Оливия.
– В нашей постели.

– О, боже мой, - Лоретта прижала руку ко рту. — Миледи, мне так жаль…

– Не стоит, - Оливия подошла к окну и увидела, как от особняка отъезжает карета.
– Это его карета?

– Да, - кивнула Лоретта, подойдя ближе.
– Он приказал подать ее несколько минут назад. А леди Верена уехала чуть раньше.

Оливия смотрела вслед удаляющейся карете и чувствовала, как внутри нее что-то меняется. Боль и обида уступали место решимости.

– Знаешь, Лоретта, - произнесла она тихо, - Сегодня я поняла кое-что важное. Я не жалкая. И не серая мышь. Я просто позволила ему убедить меня в этом.

– Вы самая добрая и сильная женщина из всех, кого я знаю, миледи, - искренне сказала Лоретта.

– Сильная?
– Оливия впервые улыбнулась, хотя улыбка вышла горькой.- Возможно. Но я слишком долго этого не понимала.

Она отвернулась от окна и посмотрела на свое отражение в зеркале - бледное, с покрасневшими глазами, но с прямой спиной и новым выражением лица.

– Завтра мы действительно уедем, - сказала она неожиданно.- Но не потому, что он приказал. А потому что мне нужно время подумать. Подумать о том, какой я хочу быть отныне.

Оливия подошла к своему письменному столу и достала чистый лист бумаги.

– И еще кое-что, - добавила она, берясь за перо. — Я больше не буду молчать. Я напишу королю и потребую развода.

2. Оливия

Бывает, тюрьма- не решётки, засов.

И начинается всё не с приговора-

Немного улыбок, о любви пустых слов-

И мы сами закроем петельку затвора.

Чтоб в камере брака навечно томиться,

Свобода желанная нам будет лишь сниться.

Весенний воздух, наполненный ароматами пробуждающегося сада, проникал через приоткрытое окно спальни. Оливия стояла перед зеркалом, заплетая свои светлые волосы в тугую косу. Последние две недели после отъезда Дэйра прошли в благословенном одиночестве. Но воспоминания о той ночи, ночи после того, как она застала его измену, все еще заставляли ее вздрагивать.

Дэйр тогда уехал и вернулся за полночь. От него пахло вином, духами и чем-то еще- запахом чужой женщины. Оливия притворилась спящей, когда он вошёл в её комнату и бесцеремонно зажег свечу у её постели.

– Не притворяйся, дорогая, - его голос звучал насмешливо.
– Я знаю, что ты ждала меня.

– Уже поздно, милорд, - Оливия старалась говорить спокойно.
– Вы можете разбудить прислугу.

Дэйр расхохотался, и в этом смехе не было ничего доброго.

– Моя прислуга знает, когда закрыть глаза и уши, - он наклонился ближе, и Оливия невольно отпрянула от его поцелуя.
– Что такое? Твой муж недостоин твоих губ?

Впервые Оливия увидела это тогда - вокруг Дэйра клубилась странная тень, словно черный дым, обволакивая его фигуру подобно плащу. Она моргнула, но видение не исчезло.

Его рука с силой схватила ее за подбородок.

– Ты моя жена, и ты будешь выполнять свои обязанности, - прошипел он, другой рукой рванув ворот ее ночной рубашки.

Оливия закрыла глаза, готовясь к неизбежному, когда внезапно раздался громкий стук в дверь спальни.

– Лорд ван Гарден ! Срочное послание с границы!
– донесся голос дворецкого.