Терпеть не могу это панибратство. Но Игорька хрен переучишь. Выслушает внимательно очередную нотацию, улыбнется, смущаясь, и снова выдаст «как скажешь, Артурыч!».

– В Мироновку, и побыстрее, – рявкаю, кидая ключи.

А плюхнувшись на заднее сиденье, сам себя корю за поспешность. Сбежала, и ладно. Какого я за ней попер? Прекрасный повод все отменить и выйти сухим из воды.

«Дама против!» – отличный аргумент для деда. Так отчего же я гоню за Светкой? В чем хочу убедить? Можно приказать Игорьку развернуться. Но проезжая каждый следующий перекресток, я даю себе слово, что скажу чуть позже.

– Останови, – прошу, когда Гелик въезжает в наш проулок. И выскочив из тачки, быстро распахиваю соседскую калитку и, поднявшись на мраморное крылечко, со всей дури колочу в дверь.

Итальянским серым мрамором у меня выложены крыльцо и все лестницы в доме. А оставшуюся пару метров Агата попросила отдать Надюшке.

Ну не выбрасывать же!

«Мои умельцы крылечко делали, – вспоминаю я, как отправил своих мастеров в соседний двор. – Только выложили плохо, – провожу носком ботинка по широкому шву. У меня они таких ляпов не допускали!»

И снова колочу в двери.

«Может, Денис ошибся? – думаю, застыв на пороге. – И Светки нет дома? Или открывать не желает?»

– Светлана! – ору, снова ударяя по двери. Грохот стоит на всю Мироновку. Хорошо хоть рядом никто не живет. В нашем проулке всего два дома. Мой и Розановский. Все остальные хатки я давно скупил.

«И что делать дальше? – размышляю лихорадочно. – Впервые сталкиваюсь с таким упрямством. Обычно меня бабы ждут, и никто не запирается. Только этой дурехе заблажилось! Или случилось что? Может, она там вскрылась от несчастной судьбы? Поди знай!»

Нужно позвонить Агате. У нас где-то хранятся запасные ключи от дома Надежды Сергеевны… Открою дверь. Посмотрю.

Вздрагиваю, когда лязгает замок, и на пороге появляется заплаканная Света.

– Ты жива? – спрашиваю насмешливо. Не дожидаясь приглашения, вхожу в дом. Приобняв за плечи обалдевшую растрепанную девицу, давлю взглядом и добавляю сурово. – Нам нужно поговорить.

– Пойдем на кухню, – будто от безысходности, грустно вздыхает Света. И обойдя меня по касательной, быстрым шагом пересекает маленький коридорчик. Вслед за ней вхожу в небольшую, но очень чистую кухню. Широкие окна выходят в сад, а два поменьше – на реку. Вид обалденный. И как это я раньше не просек? На Светке женюсь. Бабу Надю переселю в большой дом или куплю квартиру в городе. А здесь устрою бассейн.

Если кто-то наврал, то сразу вылетит из моей койки. Отличная многоходовочка!

– Зачем вы пришли? – уныло спрашивает Света. – Я не хочу за вас замуж. И денег ваших тоже не хочу.

– А что хочешь? – интересуюсь устало. Усаживаюсь на диван и прошу по-свойски. – Есть что пожрать? Голодный как собака…

Света тут же подхватывается и начинает хлопотать около плиты. Разогревает котлетки и жареную картошку. Достает из высокого белого шкафа, растянувшегося вдоль стены, баллон томатного сока.

– Больше ничего нет, – вздыхает, пытаясь открыть трехлитровую банку.

– Давай я, – подхожу поближе. Забираю допотопную открывалку, слегка касаясь Светкиной руки. Девчонка вздрагивает и, отскочив в сторону, быстро накрывает на стол. Ставит одну тарелку.

Нет, милая, так не пойдет!

– Составь компанию, не могу есть один, – прошу с улыбкой.

– Кусок в горло не лезет, – признается Света.

– Ты сегодня почти не ела! Только чай похлебала у моей матери.

– И с бабушками кофе пила, – мурлычет негромко.

– Это не еда, милая, – выношу я вердикт и сам раскладываю по тарелкам незатейливую стряпню.

Сажусь напротив и выжидательно смотрю на Свету.

– Ешь, потом поговорим.

Девчонка снова вздрагивает и, кивнув, принимается за еду. Жует, не поднимая глаз.

Вот что у нее в голове? Любая другая меня бы быстро из дома выставила. Захотелось пожрать, вали к себе. А эта принялась хлопотать. И даже не додумалась возразить.

– А вы сами почему не едите? – несмело вскидывается она. – Не употребляете простую пищу?

– Я все ем, Света. Как нормальный взрослый мужик…

«И трахаю тоже все подряд», – подсказывает внутренний голос. Гоню его прочь. Нашел время очнуться.

– Вкусно, – киваю, жуя жареную картошку. И сразу, не давая опомниться, бью вопросом. – Ты почему сбежала? Мать в панике…

Вру, конечно.

– Я ей вроде все объяснила, – мямлит Света и тяжело вздыхает, словно от безысходности. – Я так жить не хочу, Руслан… Артурович.

Подняв голову, натыкаюсь на упрямый взгляд.

– А как хочешь? – спрашиваю, смотря в упор.