– Да.

Пару мгновений мы смотрели друг другу в глаза. Она фыркнула и ушла из душевой, бросив мне напоследок:

– Шанти обид не забывает.

Вот мы и познакомились с Шанти, которая не забывает обид. Я бы отдала ей свою спрятанную еду, но уже поздно. Если бы я сделала это сейчас, то выглядела бы трусихой.

– Идем, – позвала я Кэролайн, и мы вернулись к кроватям.

Этот день проходил в напряжении. Шанти периодически бросала на нас короткие взгляды, полные ненависти и злости. Женщина не останавливаясь бубнила, иногда это продолжалось даже во сне. Словно, она за день не успевала выговорить определенную норму слов. Вообще мне кажется, что она пошла в добровольцы по незнанию или ошибке.

Принесли очередную порцию еду. Суп на мясном бульоне, хлеб, какие-то сладкие палочки и воду. Мы в тишине поглощали еду. Первые пару раз мы набрасывались на пищу, сейчас же позволяем себе насладиться вкусами, которых ранее не пробовали. Среди тишины периодически были слышны мычания наслаждения. После трапезы отправились по кроватям, скоро должны были вырубить свет.

– Рэйвен? – тихо позвала меня Кэролайн.

– Что?

– Можно, я лягу на твою кровать? – спросила Кэролайн.

Я перевела на нее взгляд. Настает последняя ночь на Синте. Завтра нас перевезут в другое место, и я впервые покину зону под куполом. Я бы хотела выспаться на своем месте.

Кэролайн была напряжена. Ее еще детское лицо тронуло меня за живое.

– Хорошо. Ложись, – сдалась я без боя.

Первую половину ночи дежурила я. Скорее всего эти дежурства не более чем глупость, но я так и не смогла расслабиться в должной мере. Постоянно ждала подвоха.

Кэролайн я разбудила уже, когда сама сильно захотела спать. Отключилась через несколько минут.

Сон приходит ярким, знаете, бывают такие сны, которые похожи на реальность. Бегу от кого-то, не знаю, что или кто меня преследует, но ужас сковывает легкие, и я хриплю. Ветки бьют по лицу, цепляются за волосы и одежду. Не сразу понимаю, что в правой руке со всей силы сжимаю рукоять пистолета. Такие обычно носят блюстители. Точно знаю, что я не на Синте. Тут нет леса. Единственные деревья растут на кладбище на окраине города и в хилом парке недалеко от площади и экрана. Тот, кто меня преследует, уже практически дышит мне в затылок, слышу, как ломаются упавшие ветки под его ботинками. А потом меня сшибают с ног, кубарем валюсь в листву, начинаю подниматься, но меня переворачивают, и я вижу лицо мужчины, освещенное полной луной. Сначала мне кажется, что это Джек, которого должны были повесить вместе со мной, но, когда он склоняется ко мне, я различаю лицо из телевизора – Хант.

– Попалась, – шепчет он и бьет ножом мне прямо в сердце.

Открыла глаза и тяжело дыша начала ощупывать себя. Все в порядке. Я не в лесу, а в комнате. Все спят. Свет еще не включили, значит есть время, чтобы успокоиться, а может, и даже поспать.

Поворачиваюсь к Кэролайн. Она лежит тихо. Может, снова уснула. Это происходило практически каждую ночь. Легкая улыбка коснулась губ, и я постаралась как можно быстрее уснуть. Сон так и не пришел, в ушах словно засело одно-единственное слово "попалась". Примерно через тридцать минут моих бессмысленных метаний включили свет. Он моментально ослепил меня, я зажмурилась и села на кровати. Открыв глаза, вздрогнула. Кэролайн по-прежнему лежала на спине, ее пустой взгляд смотрел в потолок, а алая кровь на шее уже успела подсохнуть.

– Какого хера?! – воскликнула Шанти.

Я повернулась к ней, рык вырвался из глубины моего горла. Я бросилась на девушку, сбила ее с кровати, и мы повалились на твердый пол.

– Это ты! – визжала я, сдерживая слезы.

Тупая боль прорезала душу, и я начала слетать с катушек.

– Нет!

Шанти пыталась оттолкнуть мои руки от своей шеи, но я сдавливала только сильнее. Даже ошейник не помешает мне добраться до жертвы.

– Из-за еды? – кричала я. – Больная сука!

Мне не дали закончить начатое. Волна тока разошлась по телу молнией, от шеи до самых пят. Хватка ослабела, я упала рядом с Шанти. Сквозь гул в ушах услышала, как она повторяла одно и то же. "Это не я". Кто-то дернул меня под руки, я встала в полный рост и снова посмотрела на Кэролайн. Губы приоткрыты, глаза смотрят вверх, руки свисают с кровати, а из шеи, прямо под ошейником торчит рукоять ножа стального цвета. Подобных на Синте полно, но только не в этом помещении. Нам даже вилки не приносили. Как Шанти удалось это провернуть?

Нас троих вывели из комнаты и под дулами оружия увели еще глубже под землю. Шли мы долго, я постоянно спотыкалась и старалась сдерживать себя, чтобы снова не броситься на суку, убившую Кэролайн. Спустились на двух лифтах. Я даже не пыталась запомнить дорогу, перед глазами стояло недвижимое лицо Кэролайн.

Я продолжала идти, пока меня резко не осекли. Дорогу я плохо запомнила, но сейчас оказалась в большом помещении, где все было заасфальтировано. Увидела семерых мужчин, двоих из них я уже знала. Бен и просто Джек. Все были одеты так же, как и мы, в тянущиеся комбинезоны, которые обтягивали нас, как вторая кожа.

На подвесных вешалках висели костюмы, чем-то отдаленно напоминающее те, в которых раньше летали в космос, видела такое в дряхлой книге у мамы на полке. В итоге я книгу продала, когда осталась одна. Но не это привлекло львиную долю моего внимания, а мэр, стоящий в окружении блюстителей. Немного правее от него расположились великолепные наследники со своей свитой в золотой одежде. Мэр смотрел на меня, как на призрака, что-то быстро проговорил блюстителю, и тот тоже перевел на меня недоуменный взгляд. И только в этот момент я поняла – Кэролайн убила не Шанти, это сделал мэр. Кровать, которую я занимала все шесть ночей подряд. Камеры в комнате. Мэр хотел убрать меня? Глупо задаваться этим вопросом, ответ уже был написан на его бледном лице. Меня интересовал другой вопрос. Зачем ему это? Убрать свидетеля, который может рассказать правду не только в купленном с потрохами суде, но и кому-то из свиты наследников? Этого он опасается? Навряд ли кто-то из наследников Семьи Основателей заговорит со мной. Или он думает, что, попав в сотню, я смогу сказать о его преступлениях на камеру?

Я позволила себе улыбку. Мэра я больше не увижу, пусть он боится, что в один из дней блюстители придут по его душу, и он лишится всего, что нажил за эти годы. Пусть эта тварь опасается разоблачения каждый проклятый день.

Я стояла между Шанти и чокнутой. Вторая продолжала что-то шептать, а Шанти терла шею и бросала на меня напряженные взгляды.

– Испачкалась? – спросил просто Джек, кивая на мои руки.

Опускаю взгляд, они в крови Кэролайн. Даже не помню, чтобы я ее трогала. Хмурюсь, пытаясь воскресить этот момент, но ничего не получается.