– Ты пробовал?
– я начала понимать, что Никита ко мне набивается на свидания уже по привычке. Он приглашал и приглашал меня на свидания, осознавая, что я все равно откажу. Это вошло у него в привычку, и я вошла у него в привычку. И в категорию хороших друзей. Включившаяся лампочка оказалась такой неожиданной, что я сурово задумалась на пять минут. С одной стороны это очень-очень радовало, поскольку я уже не знала, как отвязаться от довольно настойчивого кавалера. С этой же стороны я начинала радоваться за подругу, которой, по ходу, будет легче завоевать симпатию Никиты, поскольку увлечение мною уже прошло. С другой стороны - ОБИДНО!!! Я перестала быть объектом обожания одного мужчины, значит минус в списке ухажеров и кандидатов на мою почку и печень после замужества. "Эгоистка!" - с удовольствием отругала я себя, и вынырнула из мира собственных мыслей. Все-таки, позитив за подругу перевешивал собственное ЧСД.

– Нет, как-то даже в голову не приходило. А что, думаешь, мы так сможем найти общий язык?
– Никита почти по-детски заглянул мне в глаза. Я почувствовала себя мудрым Каа.

– Думаю, если не общий, то хотя бы интересный.

К концу дороги к больнице мы оба были выжаты духотой и забитостью пазика до нервного срыва. Едва Никита и я оказались на улице, как оба вздохнули с облегчением.

– Я и не думал, что воздух в нашем загазованном городе может быть таким чистым и свежим!

– Угу, прям как глоток родниковой воды, - тут я была полностью согласна с другом.
– Пойдем, надо еще прорваться через три ряда обороны в виде бабушек-охранниц, сторговаться с тетушкой, что выдает бахилы и халаты, залезть на шестой этаж без лифта и почти зомбями ввалиться в палату Юлька.

= Фига приключений на пять минут, - присвистнул Никита.
– А попроще никак нельзя добраться до Бестеревой?

– Нет, это единственный путь.

То ли понедельник у всех был суровым, то ли попытка Никиты выдать свой радостный оскал за голливудскую улыбку, но бабушки-охранницы даже и не подумали сопротивляться. А тетушка, распоряжающаяся выдачей халатов и бахил, была мила и приветлива.

– Кажется, здесь побывала тайная проверка, - шептала я Никите, пока мы натягивали бахилы и халаты.
– Смотри как лыбиться - видать, ввалили за нелюбезность с посетителями по самое "здрасте".

– А может она всегда так улыбается?
– мальчик Никита явно верил в дружелюбность российского народа на работе.

– Угу, только в прошлый раз я ничего подобного не заметила. Готов? Пошли.

В этот раз в палату к Бестеревой ввалилось два хрипло дышащих и отчаянно ругающихся зомбя. Даже спортивный Никитка не выдержал всех испытаний на больничной лестнице. Моя драгоценная подруга явно не ожидала такой подставы от меня, и поэтому я имела удовольствие лицезреть ее офигевшую мордаху секунд десять. Затем подруга справилась с нахлынувшими эмоциями, нацепила ехидную улыбочку и приготовилась изничтожать Никиту.

– Привет, подруга!
– радостно я поприветствовала Юлю, опережая шкал подколов и приколов в сторону парня. Я решила сделать это сама.
– Смотри, кого я тебе привела! Он мягкий, пушистый, говорит "здрасте" и "жрать", и вообще, тааакой забавный!

– А...э.. ты-то откуда знаешь, что он мягкий пушистый?
– с подозрением уставилась на меня подруга.

– Не переживай, не проверяла. Но надо же как-то разрекламировать тебе человека, который сегодня мне признался, что давно хочет позвать тебя на свидание. А ты все время такая колючая, что ему даже становится страшно сказать тебе хоть бы слово.

Мне бы сейчас ящичек свинцовый. Чтобы стенки были толщиной метра по два. Говорят, от радиации спасает. А два яростных взгляда, которыми меня наградили друзья, по опасности можно приравнять к радиационному излучению. Через секунду переваривание услышанного прекратилось и оба взгляда стали смущенными. Затем Юлька густо покраснела и отвела глаза, а Никита выразительно показал мне, что он сделает, едва мы покинем территорию больницы.

– Кстати, Юлька, тут апельсины, Никита сам выбирал, мне доверять такое важное дело не стал, - я сунула подруге пакет под нос и отошла чуть подальше от Никиты, который стал исподтишка разминать кулаки. Я, правда, плохо кончу.
– А йогурты - я.

– Спасибо. Надеюсь, йогурты не просроченные? А то вдруг ты жаждешь, чтобы я подольше задержалась в больнице.
– Юлька свирепо уставилась на меня. Смотреть на парня она почему-то избегала.

– Обижаешь, я в магазине целую полку разгромила, пока выбирала тебе йогурт. Скажи, Никит, ведь правда?

– Угу.
– Что-то друг сегодня наш не весел.

– Никита, - подруга помедлила секунду, - а это правда?

– Что именно?
– даже такой невинный вопрос заставил парня слегка побледнеть. Эх, и достала же его подруга. Прям жалко становится Никитку.

– Про свидание, - почти шепотом продолжила Юля. Я заинтересованно стала переводить взгляд с одного "покемона" на другого. Интересно, мне таки удастся свести этих двоих балбесов, или же придется ребра залечивать?

– Ну, да, - парень побледнел еще сильнее, но подруга, видать, сочла это за признак благородства.
– Ты только выздоровей сначала, и давай куда-нибудь сходим. Ты не против?

Молодец Никитка, раз назвали груздем - добро пожаловать в кузовок.