– За грибами ехать еще рано, предлагаю поспать.

– Предложение отклоняется за недостаточностью веселости, - я приуныла. Опять придется самой разнообразить выходные.

Выходные выдались скучными. И даже мои попытки придумать что-нибудь веселое и забавное не увенчались успехом. Папка спал до двенадцати - так он отсыпался за всю рабочую неделю. Мама потакала ему и тоже валялась в постели до двенадцати. Правда, при этом она что-то упорно пыталась вывязывать на спицах, но пока дело шло со скрипом. Мне же приходилось налегать на английский, диплом и предстоящие семинары. Отсутствие подруги, с которой можно было бы хотя бы сходить в кино или прошвырнуться по магазинам, угнетало до невозможности. Меня уже не раз посещала крамольная мысль о еще одном звонке Федору, но воспоминания о том, как он свернул мой предыдущий звонок, добавляли масла в огонь моей гордости. Я куксилась, скучала от ничегонеделания, но не звонила. Зато бурно переписывалась с Димой в аське. Выяснила, что он любитель мифов Древней Греции, катания на горных лыжах, хорошей еды и симпатичных девушек. На мой каверзный вопрос "Так ты бабник?" Дима отправил смайлик "ROLF" и написал "Все мужчины бабники, только у кого-то клинический случай, а у кого-то просто легкая степень". "У тебя клиника?" - тут же написала я. "Стараюсь не перебарщивать, иначе можно упустить свою единственную" - на данной фразе домашние вздрогнули от моего гомерического хохота. Я утирала слезы и не верила. Не в наше время мужчины пользуются таким принципом по жизни. Сейчас у них словно соревнование: кто, сколько и как часто. На этой весело-пессимистичной ноте закончилось воскресенье.

Утро понедельника было как всегда, суровым и недоброжелательным. Организм требовал продолжения банкета, то есть выходных, и я пришла в университет немного злая. Позевывая и отчаянно мечтая почесать пятую точку, дабы завершить картину "невыспавшийся человек", я чапала к аудитории. Мой взгляд лениво блуждал по стенам коридора, в надежде зацепится за что-нибудь интересное, что пробудит к жизни мозг. И чудо свершилось: мои глаза узрели Регину и иже с нею. Три девушки стояли напротив двери аудитории, в которой должна была проходить моя пара. Подкинутая задача была благодарно сожрана мозгом, который тут же закишевал и начал метаться от стенки к стенке моей черепной коробки. Мозг не знал, что делать. Руки вздохнули, вытащили телефон и набрали телефон Федора.

– Привет, Лиля, - раздавшийся голос в трубке заставил мозг затормозить в его бешенном танце со стенками черепа и разинуть мою варежку.

– Привет, Федя, - пролепетала я. Мозг вообще не понимал, почему мы звоним Федору. И все же догадался включить лампочку озарения. Мой минутный тормозняк прошел, и я затараторила в трубку.
– Ты мне срочно нужен. Прям здесь и сейчас.

Мысль о том, что Федор все еще в постели мне даже не прилетела в голову.

– Что случилось?

– Федьк, они опять здесь, твой фан-клуб! Их уже больше, чем одна. Мне страшно, - призналась я.

– А как же Никита?

– Никита - это припарка мертвому. Тут нужна только твоя физия. Приходи!
– почти потребовала я. Н-да, если бы он на тот момент действительно находился дома - я бы впервые в жизни прогуляла пару.

– Какая аудитория?

– 1-304. Приходи скорее, иначе от меня даже кусочка мяса не останется.
– И я прервала вызов. Меня слегка затрусило. Когда смотришь подобное по телевизору - даже смешно. В жизни - куда более, чем неприятно. Надо как-то отделаться от этих неврастеничек. Я нервно мерила пространство под лестницей, ибо подойти к аудитории ближе, чем на пять метров мне просто не позволял инстинкт самосохранения.

– Привет, - возле меня бесшумно нарисовался Федор. Я почти кинулась к нему в объятия.

– Тебя прибить надо. За все сразу и не спрашивай почему. Ты придумал, что скажешь им?
– я ухватилась за правую руку парня и со всей суровостью глянула ему в глаза. Точнее, попыталась пробиться через стекла очков.

– На месте посмотрим. Импровизируем?
– он улыбнулся и мне как-то полегчало.

– Хорошо, постараюсь не сфальшивить.

Мы медленно подошли к аудитории. Еще за десять метров трио ботаничек как-то нездорово оживилось. Сначала они нас увидели, потом застыли, затем отмерзли и начали шушукаться. К тому моменту, как мы подошли к двери, трио попыталось преградить нам дорогу.

– Коралова!
– яростно зашипела Регина.
– Я тебе о чем говорила на прошлой неделе?!

– У меня были бурные выходные, не помню, - я крепче вцепилась в руку Федора.

– Здравствуй Регина, как поживаешь?
– ого, откуда у него такие мягкие нотки в голосе. Они знакомы?

– Привет, Федя, да нормально. У тебя как дела?
– Ой, боевая ботаничка покраснела!!!

– Да тоже неплохо, - Федор широко улыбнулся.
– С девушкой вот познакомился, встречаться начали. Познакомься, это Лиля. Хотя, я вижу, вы уже знакомы?

Лицо Регины выражало целую палитру эмоций: неверие, ненависть, злость, гнев. Мне срочно захотелось дать ей попить водички.

– Да, мы знакомы. А где вы познакомились?
– Регина как-то умудрилась справиться с нахлынувшим потоком эмоций и даже попыталась улыбнуться.

– О, это было удивительно. Лиля в меня врезалась, - и Федор рассмеялся. Ему смешно, а мне на пару идти надо.

– Да-да, это действительно было так забавно И так романтично, - ни фига это не было романтично. Попе было больно. Но, кажется, моя импровизация на фоне жизнерадостного смеха Федора возымело некоторое действие на фан-клуб имени Балдурина. Регина чутка скуксилась, две другие так вообще подувяли. Надеюсь, они поняли, что Федор со мной счастлив?

– Что ж, я рада за вас обоих, - с трудом произнесла Регина. Кажется, ей эти слова дались с большииим трудом.