— Понял.

Дверь за ним закрылась. Аластор несколько секунд смотрел на вечерний Ньюворн с высоты своего кабинета и улыбнулся.

— Фатана...

Имя богини прозвучало тихо, почти благоговейно, но почтения в голосе архимага не было. Только предвкушение.

Если кулон вернулся в Ньюворн, это действительно был знак. Однако одной догадки было недостаточно. Аластору требовалось подтверждение. Он взял трость и покинул кабинет.

Служебный лифт находился за неприметной дверью, скрытой в стене коридора. Попасть к нему могли лишь несколько высших магов Ордена. Аластор приложил ладонь к деревянной панели, и по ней пробежали серебряные линии. Дверь бесшумно отступила в сторону.

Внутри не было кнопок. Архимаг произнес короткое слово. Лифт начал опускаться. Он прошел мимо офисных этажей, архивов, технических помещений и подземной парковки. Цифры на панели давно исчезли, но кабина продолжала двигаться все ниже, в глубину древнего фундамента.

Когда двери открылись, навстречу Аластору потянуло холодом.

Подземный уровень не имел ничего общего с современной корпорацией наверху. Здесь стены были сложены из старого камня, поверх которого позднее нанесли слой белого защитного состава. Под потолком горели ровные холодные лампы, а вдоль коридора тянулись металлические двери камер. На каждой мерцали печати, видимые лишь тем, в ком была хоть крупица магии.

Официально этих помещений не существовало. Здесь держали тех, кого нельзя было передать человеческим властям и слишком опасно оставлять на свободе: отступников, нарушителей Договора и существ, чью силу не могли подавить обычные средства.

Аластор прошел мимо нескольких пустых камер и остановился у последней.

Вместо двери ее отделяла от коридора прозрачная стена, укрепленная множеством заклинаний. За стеклом находилось небольшое белое помещение. В углу стояла перегородка, скрывавшая тесный санузел. Из стены выступала широкая каменная скамья. При желании на ней можно было сидеть или даже спать.

Но узнику этой камеры сон не требовался.

Молодой мужчина находился у дальней стены. Он сидел на полу в позе лотоса, прислонившись спиной к гладкой поверхности. Руки спокойно лежали на коленях, глаза были закрыты. Никаких цепей на нем не было. Они бы все равно не помогли.

С виду пленник казался человеком. Молодое лицо, пепельные волосы, спокойные черты. Только неподвижность была слишком совершенной. Он не менял позы часами, не дышал и не реагировал на холод.

Магические печати окружали его несколькими слоями. Они были нанесены на стены, пол и даже потолок. Одни подавляли силу, другие не позволяли покинуть камеру, третьи скрывали ее обитателя от тех, кто мог почувствовать его присутствие за пределами Башни.

Аластор постучал наконечником трости по стеклу. Звук глухо разошелся по камере. Пленник не пошевелился.

— Ты можешь перестать притворяться, Кай, — произнес архимаг. — Я знаю, что ты не спишь.

Губы мужчины едва заметно изогнулись.

— Ты приходишь сюда только тогда, когда тебе что-то нужно. — Его голос прозвучал спокойно, хотя глаза оставались закрытыми.

— Артефакт Фатаны найден. — Слова прозвучали негромко, но эффект оказался мгновенным.

Глаза демона открылись. Несколько секунд он смотрел прямо перед собой, будто решая, не показалось ли ему услышанное. Затем медленно поднялся. Печати на стенах вспыхнули одна за другой. Воздух в коридоре стал плотнее.

Кай подошел к прозрачной преграде и остановился напротив архимага. Теперь их разделяли лишь несколько сантиметров зачарованного стекла.

— Повтори, — потребовал он. Аластор ощутил удовлетворение. За все время заточения демона ему редко удавалось вызвать у того хотя бы подобие искренней эмоции. Кай встречал угрозы насмешкой, вопросы — молчанием, а попытки причинить боль — откровенной скукой.

Но имя Фатаны разрушило его безразличие.

— Янтарный кулон вернулся в Ньюворн, — произнес архимаг. — Он находится у девушки. Обычной, насколько мне известно.

О своих догадках насчет магии у нее Аластор предпочел умолчать. Взгляд Кая стал острее.

— Где она его нашла?

— Это не имеет значения.

— Тогда зачем ты пришел?

— Ты расскажешь мне, как активировать артефакт. — Аластор приблизился к перегородке.

Уголок рта демона медленно приподнялся.

— Вот оно что. Весьма самоуверенно приходить ко мне и требовать то, чего я не хочу делать.

— Не испытывай мое терпение.

— А что ты сделаешь? — Кай чуть склонил голову. — Запрешь меня здесь? — Демон откровенно насмехался и, раскинув руки, осмотрел пустую камеру. Серебристые глаза лишь лукаво блестели в тусклом свете камеры. — Боюсь, ты опоздал. Я уже заперт. Причем добровольно, прошу заметить. Но сервис у вас тут так себе. Я видел камеры и получше.

Аластор сжал рукоять трости.

— Ты останешься в этой камере до конца времен, если понадобится. Тебе все равно гнить здесь целую вечность. Так почему бы не сделать свое существование хоть немного полезным, а может даже и комфортным?

Демон тихо рассмеялся. В его смехе не было ни веселья, ни страха.

— Ты нашел кулон и уже решил, что сила богини почти у тебя в руках.

— Мне не нужны твои рассуждения.

— Разумеется. Тебе нужна власть.

Аластор помрачнел. Он резко ударил наконечником трости по полу. По стеклу пробежали серебряные линии, а печати внутри камеры вспыхнули ярче. Кай даже не моргнул.