Шрифт:
Мы с Вандером ехали бок о бок, привлекая взгляды многих прохожих. Всадников вокруг хватало, но ни у кого не было столь величественных и высоких коней, как у нас, а Вандер притягивал взоры в любой одежде, но сегодня — особенно. Запах свежеиспеченного хлеба доносился из заведения под названием «Пекарня Нэн», отчего у меня текли слюнки. Розовая вывеска с нарисованным маленьким шоколадным тортом, украшенным завитушками голубой глазури, привлекла мое внимание. Каждый раз, оказываясь в самом сердце города, я замечала новые места.
Дети гонялись друг за другом вокруг четырехъярусного фонтана перед ювелирным магазином. Сверкающие ожерелья и серьги на витрине наверняка стоили больше, чем я смогла бы заработать за всю жизнь. Несколько ребятишек остановились и тыкнули в нас пальцами.
— Смотрите, это благородный лорд и леди! — закричал маленький мальчик в слишком больших штанах на подтяжках.
Некоторые девчонки захихикали. Одна малышка в розовом платьице, лет четырех, не больше, подпрыгнула на месте и пищала:
— Красивые лошадки!
Я поневоле улыбнулась и помахала им рукой. Меня еще никогда не принимали за знатную леди. Мальчишки засмеялись и нырнули за фонтан, а девчонки помахали в ответ.
— Она помахала мне! — похвасталась девчушка с коричневыми кудряшками и веснушками.
— Нам, она помахала нам! — возразила другая.
Я повернулась к Вандеру и увидела на его лице ухмылку.
— Дети смешные, правда, леди Эйсира?
— Готова поспорить, ты растопил бы сердца этих малышек, если бы помахал им, благородный лорд Вандер.
Он тихо хмыкнул и помахал им рукой. На этот раз задорно хихикающие девчонки бросились врассыпную в укрытие.
Я наклонилась к нему ближе:
— Представь, как бы они отреагировали, будь мы в ассасинских нарядах.
— Впечатлились бы сильнее, чем знатью, — добавил он с лукавой улыбкой. — И на людях такое увидишь реже. — Вандер повернул леди Сору к коновязи перед лавкой «Зачарованная леди». Замысловатые платья, висевшие в витрине, были слишком изысканными для кого-то вроде меня. Это место явно не могло быть тем, куда он намеревался вести меня за покупками. Одеяния здесь стояли далеко за пределами того, что я могла позволить себе на жалование ученика. Большую часть моей одежды дома вручную шили мать и бабушка, и, хотя они были отличными швеями, у нас редко водились средства на покупку новых тканей.
Я соскользнула со Штормбрейкера и похлопала его по мягкой шее, прежде чем привязать к столбу. Я закусила нижнюю губу, когда Вандер направился к лавке. Он потянул дверь на себя и жестом пригласил меня пройти вперед.
— Э-э, ты вообще в курсе, сколько платят ученикам? — Я подняла взгляд на вывеску с золотыми буквами над головой.
Он закатил глаза, положил руку мне на поясницу и провел внутрь:
— Одежда и магия — всё в одном месте. — Пахло мятой и свежесрезанными цветами. Вся правая сторона помещения была заполнена женской одеждой: от ярких платьев и юбок до красивых блузок и кожаных сапог. Яркие, молочно-белые стены с золотыми бра, лепными завитушками и потолочными карнизами. Несколько дам в изящных дневных платьях рылись в вешалках с одеждой.
Слева, отделенная резной аркой, располагалась полная противоположность: черные стены, чересчур вычурное ростовое позолоченное зеркало в углу и курящиеся благовония. На полках рядами стояли разнообразные кристаллы всех форм и размеров, а также книги в кожаных переплетах и прочие безделушки. На жердочке возле стойки сидела птица цвета слоновой кости с перьями в хвосте длиной с мое предплечье. Она издала щелчок сжатым серым клювом:
— Вандер. Вандер.
Я изумленно замигала:
— Она разговаривает… и знает твое имя.
Вандер безучастно кивнул. За круглым столом три дамы в темных платьях повернулись к нам.
— Добро пожаловать, — окликнула одна из них, но не поднялась.
— Неужели это ты, Вандер Вьерросон? — раздался легкий, воздушный голос. Мое внимание переключилось на угол комнаты, где с букетами темных цветов и выпуском газеты «Найтхейвен Дейли» сливалась женщина. Она опустила газету ровно настолько, чтобы открыть глаза и седеющие шатеновые волосы, убранные в грациозный узел на голове.
Я заметила перед ней хрустальный шар, а у стены стоял посох мага, хотя на ней не было мантии гильдии магов. Белое перо, торчащее из ее волос, вызывало любопытство. Из той птицы у стойки? Она отложила газетный свиток.
Птица снова каркнула:
— Вандер. Печенька.
Он проворчал:
— Забыл про его лакомство. Он становится свирепым, когда не получает свое печенье.
Как часто он здесь бывал?
— Ты часто покупаешь женскую одежду?
Женщина, на вид лет пятидесяти — хотя из-за ее гладкой кожи сказать точно было трудно, — приподняла тяжелые бордовые юбки. Ее туфли на каблуках громко застучали по деревянному полу. Я заметила вырезанные из кости серьги в форме ворон, покачивающиеся прямо над ее плечами, и улыбнулась.